Комбинация

Параллельно свертывались полки конных копейщиков, становящиеся под влиянием европейских командиров, совершенно не модным явлением.

В оригинальной истории в таком состоянии они, уланы, и дотянули в Речи Посполитой, прозябая до середины XVIII века, когда копейная конница вновь стала модной. На рубеже XVII-XVIII веков же в глазах практически всех европейских, да и что греха таить, турецких да татарских командиров, она представляла мало интереса. Все увлекались стрелковой конницей разного формата.

Сейчас же… Алексей решил возрождать именно гусар. Тех самых гусар, каковых, впрочем, назвал более модным и популярным маниром — уланы. Собрав полк частью из поместных, местного разлива. Частью, ибо дворяне сотенной службы крайне неохотно из нее уходили. А царевич не считал нужным в первый образцовый полк набирать «из-под палки». Частью из переманенных у западного соседа бедной шляхты, которые, на удивление, очень охотно сменили свою служилую нищету на твердый оклад. Да чего уж там… Две трети полка в итоге оказались литвины[45], разумеющие копейный бой.

Помещики местные, московской службы, копейного боя тяготились. Еще во времена Алексея Михайловича они чурались конных копейщиков, считая их низкой службой. Менее честной, чем обычная, сотенная. И даже в полк крылатых гусар всегда имелись проблемы с подбором состава.

С рейтара и драгунами в этом плане было попроще. Конные стрелки как-никак. Тем более, что и сами помещики в районе 1660-х годов уже полностью перешли на огненный бой, отказавшись от луков. Так что сродство вооружения и тактики в известной степени сказывалось на легкости набора. Более того, в рамках реформы 1680-ого года лучших, выборных помещиков сотенной службы обратили в рейтарскую и драгунскую. А вот копья… копий чурались… Чему, среди прочего, способствовали и иноземные офицеры, рассказывавшие, что в Европе копьями уже никто не воюет.

Не модно это.

Вот и Алексею пришлось столкнуться с этой проблемой.

И искать из нее экстрасистемное решение, потому как местными силами обойтись не получалось…

Петр медленно ехал между этими двумя линиями спешенных всадников, и осматривал их. Мундир нового образца, аналогичный тому, что выдали Бутырскому полку. Только вместо коротких пехотных сапог — ботфорты.

На поясе у каждого сабли-корабелы. В принципе Алексей хотел улан вооружить чем-то в духе легких палашей по аналогии с английскими клинками XIX века. Но изготовить их еще не успели. И уланам выдали то, что нашли. Плюс-минус подобрав одинакового вида. Приблизительно. С производством клинкового оружия в России все было весьма погано. И это — мягко говоря.

В руке каждый всадник держал пику. С ним слава Богу справились.