Комбат в западне

— Совсем, что ли?

— Попросил успокоить его до крайней степени.

— Этим займусь я, — тут же предупредил его Свиридов.

— Хочешь счет выровнять?

— Засиделся, Сережа, я без дела.

— Как же, мы вроде бы с тобой вместе, я с твоего паса голы забиваю.

— То-то и оно. Пас — одно дело, а гол — совершенно другое.

«Вольво» вновь остановился, и Гетман в сопровождении охранника исчез в зеркальных дверях, украшавших фасад старинного здания.

Бородину не хотелось уступать, но дело требовало разделения труда. Один следит за машиной с коммерсантом, второй отправляется к Седому, чтобы проучить бандитов, дать им понять, что не следует совать нос в чужие дела. Ведь без вмешательства Чурбакова, без его хитростей ни по чем бы торговец мыльными средствами не стал бы снимать деньги со счетов и перегонять их в наличные.

Павел Свиридов перегнулся через спинку кресла, взял с заднего сиденья сумку и принялся складывать в нее все то, что могло понадобиться для визита к Седому: пистолет, глушитель к нему, запасная обойма, баллончик со слезоточивым газом, лента широкого скотча, которым так удобно заклеивать на зиму рамы и рты пленникам. Из-под сиденья он достал небольшой сверток с электроинструментом. Иногда Бородин даже в шутку называл Свиридова Электриком за патологическую любовь к техническим штучкам.

— Удачи мне желать не будешь? — поинтересовался Свиридов, приоткрывая дверцу.

Он не спешил ее распахивать, пропуская проезжающие мимо машины. На соседнем перекрестке зеленый свет светофора сменился желтым и теперь уже можно было распахнуть дверцу не опасаясь, что какая-нибудь шальная машина вырвет ее с мясом.

— Зачем желать того, что и так имеешь? — рассмеялся Бородин.

— — Можешь написать на доске с нашим счетом «2:1».

— Хватит тебе хорохориться, встретимся вечером в моем номере. Сегодня ты собираешься ночевать один?

— Бабы уже, Паша, надоели.

— Почему?

— Все они одинаковые. Пока еще смотришь на них, кажется разница есть, а когда разденешь да уложишь в постель, все повторяется снова.

Бородин перебрался за руль автомашины и на прощание махнул Свиридову рукой. Тот сдержанно кивнул и тут же исчез в подземном переходе.

— Удачи, Паша.

Настроение у Свиридова сложилось лучше некуда.

Он бодро шагал по тротуару, не забывая поглядывать на хорошеньких девушек. И если бы голова его крепилась на стержне с резьбой, то наверняка отвалилась бы через пару сотен метров. Он отдавал себе отчет в том, что Седой не скоро узнает о происшедшем с его людьми, скорее всего, это случится ближе к вечеру. Поэтому запас времени у него имелся. И запас немалый.

Человеком Свиридов был неприметным, хоть и видным. Это раньше в советские времена он выделялся из толпы людей хорошей одеждой, независимым видом.