Комбат в западне

Казалось, крикни кто-нибудь «Стой!», и он тут же бросится наутек, если, конечно, найдет в себе силы на быстрые движения. Но никто на бродягу не обратил никакого внимания. Он вошел в помещение вокзала, испуганно озираясь по сторонам. Не было ни милиции, ни каких других стражей порядка. А вообще людей в форме этот бродяга боялся панически. И если бы вдруг ему на глаза попался солдат, то, скорее всего, этот бродяга быстро-быстро заморгал бы глазами, начал пятится и побежал.

Но вместо милиционеров или солдат он увидел двух полных женщин, судя по всему, собравшихся в дальнюю дорогу. Женщины сидели в зале ожидания рядом с большими чемоданами.

— Смотри-ка, какой бомж, Мария! — сказала одна женщина другой, кивнув головой в сторону бродяги.

Тот словно почувствовал, что говорят о нем, сразу как-то подобрался, затем выпятил грудь колесом, несколько раз цокнул языком и приблизившись к женщинам шага на четыре, принялся хлопать в ладоши и танцевать.

— Что это с ним, Мария? — спросила женщина, которая была полнее своей подруги или родственницы.

— Да пьяный, наверное, еще с вечера, — ответила вторая.

— Да нет, на пьяного он не похож. А может, из сумасшедшего дома убежал?

Женщины в это время как раз завтракали. Они разливали по пластиковым стаканам крепкий черный кофе из большого пестрого китайского термоса. На лавке была разложена снедь — бутерброды, вареные яйца, помидоры, огурец и порезанный хлеб.

Увидев еду, бродяга буквально затрясся. Его глаза часто-часто захлопали, а губы расползлись в немного дикой улыбке, показывая почерневшие зубы. Затем мужчина присел на корточки, широко открыл рот и указательным пальцем правой руки стал тыкать себя вначале в живот, а затем в открытый рот.

— Гам! Гам! Гам! — выкрикивал он, почти на коленях придвигаясь к лавке и не сводя глаз с еды.

— Мария, слушай, он, наверное, голодный. Может, дадим ему чего-нибудь? Видишь, тетка всего много дала.

— Давай поделимся.

— Эй, иди сюда, — сказала та женщина, что была полнее, протягивая бутерброд.

Мужчина схватил его двумя руками, затрясся и принялся жадно запихивать в рот, глотая, почти не разжевывая.

— Послушай, давай ему дадим два яйца, а? Все равно я их не буду есть.

— Если хочешь — дай, — сказала Мария.

Женщины дали бродяге два яйца."

"Он схватил их, сунул в карманы пиджака и принялся танцевать, вращаясь на месте.

— Во дает, — сказала женщина, — как настоящий артист!

— На артиста вообще-то он мало похож, — сказала ее подруга, — он больше похож на сумасшедшего.

А бродяга старался изо всех сил.

— Гам! Гам! Спасибо! — выкрикивал он. — Гам, гам!

Спасибо! — повторяя эти нехитрые слова, он хлопал в ладоши, бил себя по животу и притопывал ногами в порванных башмаках, когда-то дорогих и элегантных.