Комбат не ждет награды

Она дернулась, явно чуть не задохнувшись.

А Супонев блаженствовал. Сигарета в его руке еще дымилась, он поднес ее ко рту, сделал глубокую затяжку, а затем выпустил дым в перепутанные волосы девушки. Машина мягко покачивалась, как большая кровать.

– Ну а теперь давай, повернись. И сядь на него, сядь. И только не во влагалище, нет. Я этого не хочу, мне это надоело. Смажь свою задницу, смажь свой задний проход, я хочу туда.

Девушка принялась смазывать, извиваясь, свой задний проход, а затем перебралась на колени к Гапону и умело протолкнула огромный член своего любвеобильного хозяина себе в зад.

– Ой, как хорошо! – приговаривал Матвей Гаврилович, одной рукой сжимая упругую грудь девушки, а другой держа сигарету. – Да двигайся ты, черт подери! Сидишь, как курица на шестке! Двигайся!

Девушка принялась двигаться, упираясь руками в потолок салона.

– Вот так, вот так. А теперь встань и бери снова в рот. Давай! Я сейчас, кажется, кончу.

И действительно. Девушка, опустившись на колени, принялась быстро мастурбировать член Супонева двумя руками, держа головку у себя во рту, время от времени несильно ее покусывая. А затем Супонев взял девушку за волосы и отвел ее голову на несколько сантиметров в сторону. Сперма брызнула прямо ей в лицо.

А она продолжала мастурбировать.

– Тише ты! Тише, стерва! – ласково пробурчал Матвей Гаврилович, засовывая член поглубже в рот своей подруге. – Ну вот и все.

Как хорошо, как спокойно!

«Всегда после тяжелых разговоров о политике, о законах и налогах хочется хорошенько потрахаться. Вот я и развлекся», – подумал Матвей Гаврилович, теряя всяческий интерес к своей попутчице.

А та снизу заглядывала в глаза хозяина, слизывая розовым языком перламутровую сперму со своих накрашенных губ.

Супонев взглянул на член. Член тоже был изрядно перепачкан темно-красной помадой, словно бы на нем были следы побоев.

– Вытри хорошенько.

В руках девушки появилась салфетка. Она тщательно вытерла член своего хозяина. Супонев натянул трусы, а затем застегнул штаны.

Девушка привела себя в порядок еще быстрее.

У нее на это ушло лишь пару минут. Застегнула косую молнию, закинула бретельки на плечи, поправила чуть сползший пояс и обтянула коротенькое платье.

– Это хорошо, что ты не носишь трусики, – сказал Супонев, сунув руку под юбку девушке. – Это очень хорошо. Хочешь, я с тобой немного поиграю? – и согнутый крючком палец Супонева принялся ласкать клитор девушки.

Той уже явно не хотелось никакого секса, она устала. Но тем не менее, девушка прекрасно понимала, что должна сыграть свою роль до конца. И она принялась закатывать глаза, стонать, скрежетать зубами и урчать, как кошка, которой гладят живот.

Наконец она издала сладострастный стон, такой сильный, что Супоневу это даже немного не понравилось.