Командор войны

 — Мне такие женщины даже больше нравятся.

— Больше, чем что? — спросила Галя.

— Что? — не понял бугор.

— Больше, чем что, тебе женщины нравятся? — с вызовом повторила девушка. — Больше, чем правая рука?

Главный покраснел:

— Похоже, тебя действительно учить надо, сучка. Брала бы пример с подружки, может, и без синяков бы дело обошлось.

Стая дружно гыкнула и теснее сгрудилась вокруг девушек.

— Что обошлось?

— Ну, расслабились бы.

— Отдохнули, — подсказал еще один, не сводящий глаз с тугой груди Ольги. — По-мужски.

— По-мужски, ребята, — с рассчитанной издевкой заметила Галя, — вы должны удовлетворять друг друга.

Оля постаралась улыбнуться так же нагло и самоуверенно, как ее подруга, но внутри у нее все сжалось в тугой узел.

Распаленная стая глухо заворчала: по-хорошему не получилось, придется наглых девок ломать, а тут и морду расцарапать могут. С другой стороны, детская похоть яростно рвалась из штанов, мешая выполнять свои функции немногочисленным извилинам.

— В общем, девочки, у нас есть два варианта, — принял решение главный. — Либо вы по-доброму удовлетворяете мужчин здесь, на скамейке, и когда все закончится, мы вас отпускаем. Либо мы тащим вас в ближайшие кусты, и трудиться вам придется прямо на земле. В этом случае мы вас еще немного пограбим.

Судя по всему, он давно оставил среднюю школу и шестерил на уголовников, у которых и обучился подобному юмору.

— Гы… — выдохнула стая.

— Вот у тебя, крашеная, красивое ожерелье. — Главный ткнул пальцем в черный жемчуг. — Дорогое, наверное?

Ольга покраснела.

— Ну что, девочки, как договоримся?

— А никак, придурок!

Увлеченная девушками стая пропустила возвращение их кавалеров и пожала плоды своей неосмотрительности."

"Сергей, сжимающий в руках бейсбольную биту, подбежал первым и первым же, не разбирая, нанес удар по ближайшему прыщу из стаи. Брызнула кровь, кто-то громко выругался, главный, еще не понимая, что происходит, потянул из кармана нож, но Галя изо всех сил врезала ему ногой по челюсти.

Ольгу грубо оттолкнули, она перепрыгнула через скамейку и, не разбирая дороги, в ужасе бросилась в кусты.

— А ты не шутишь, Христофан? — проворчал Артем, захлопывая дверцу джипа и натягивая на себя легкую ветровку — несмотря на то что в Москве стояло необыкновенно теплое бабье лето и днем воздух прогревался до двадцати пяти, по ночам было довольно прохладно. — Что-то не особо верится, что здесь может быть зарыт клад.

Наемники припарковали «Круизер» Кортеса неподалеку от ограды Нескучного сада и теперь ждали от приставника дальнейших инструкций.

— Ты, чел, сначала думай, что говоришь, — обиделся Христофан и приложился к захваченной из «Трех педалей» бутылке бесплатного коньяка. Донеслось бодрое бульканье.