Капитан-командор

Вахтенный снова что-то заговорил.

– Доброе утро, говорю.

– Доброе утро, – неожиданно ответил вахтенный.

– Ты русский язык знаешь?

– Нет, я болгарин, я по-болгарски говорю.

– Это хорошо. Сколько человек на борту?

– Двести двадцать.

– Все внизу спят?

– Кроме капитана и офицеров. Капитан в своей каюте, – он указал на корму, – офицеры на носу.

Сергей Николаевич посмотрел на своих ребят, которые уже заняли позиции.

– Жить хочешь?

Риторический вопрос, не требующий ответа. Сергей взял у Михаила две гранаты, из одной выковырнул фитиль и протянул вахтенному:

– Держи. Внутри заполнена порохом. Сейчас я фитиль на своей гранате подожгу и брошу на купеческое судно.

– От взрыва весь город проснется!

– Проснется, ты после взрыва иди вниз и объясни народу: или они выходят на причал без оружия, или мы их забрасываем этими гранатами.

– Пороховой погреб взорвется!

– Ты правильно понял.

Вахтенный торопливо закивал головой. Сергей поджег фитиль и, немного подождав, бросил гранату на торговый корабль. Укрылся сам и дернул за собой вахтенного. Грохнул взрыв, Сергей толкнул болгарина к палубному люку:

– Иди, матрос, успокой народ.

Болгарин побежал по трапу вниз, капитан в подштанниках и чалме выскочил на палубу. Удар прикладом между ног лишил его чалмы и способности членораздельно говорить. Офицеры оказались умнее. Они увидели участь своего капитана и без разговоров выкинули через дверь свое оружие. Показывая пустые руки, спустились на причал. Сергей посмотрел на торговое судно. Там порядок, пожара нет. Экипаж уже на причале. С артиллерийской палубы на берег потянулись военные моряки.

Казаки уводили пленных на пляж, скоро там появились костры, запахло кофе и едой. Сергей пошел изучать трофейные корабли. Оба показались примитивными, а купеческий корабль по составу груза напоминал лавку Райпотребсоюза. Приказал выбрать из пленных моряков двадцать добровольцев для перегона кораблей и пошел смотреть город.

…В Евпатории он отдыхал со своей семьей всего три раза. Когда не было возможности получить путевку в Ялту, Гурзуф, Сочи или Пицунду. Но сейчас что-либо узнать не смог, город выглядел совершенно иначе. Только на песок пляжа так же, как и в его «прошлой жизни», набегали мелкие волны. Над улицами города уже стояли крики женщин. Казаки переходили от дома к дому и повторяли: «С вещами на выход, сбор на берегу у рыбачьих лодок». Сергей спросил у встречного казака:

– Конюшни нашли?

– Нашли, нашли. Три десятка верхом на Саки ушли.

Пошел дальше, но был перехвачен гонцом:

– Барин, хан со слугами и солдатами в своем доме закрылся, стены высокие, штурмовать трудно. Много казаков погибнет.

– Где конюшни?

– Если городские конюшни, то недалеко, за теми домами, там еще сотня лошадей стоит.