Командир штрафбата

Видимо, в штабе дивизии вскрыли ящики и поняли ценность груза.

Сергей оставил один взвод на охрану станции и переноску ящиков с перрона к грузовикам. Второй взвод разгружал вагон. Сапёры теперь только грузили ящики в боковом туннеле, и дело пошло быстрее. До вечера они успели отправить гружёные «Студебекеры» назад.

Поскольку наши войска уже продвинулись дальше станции, Сергей распорядился, чтобы местные жители шли домой.

– Гельмут, переведи, пусть идут по домам. Бомбёжек больше не будет, в домах их никто не тронет.

Жители, нагрузившись скарбом, с неохотой покинули станцию. Всё-таки наверху постреливали, а подземелье станции вселяло уверенность в защите. Сергей тогда ещё не знал, что фактически он спас этих людей от смерти.

Ночь провели в тревожном ожидании. Автоматчики караулили входы на станцию и оба туннеля – могли прорваться немцы. И не для спасения имперских золотых трофеев, а спасая собственные жизни. У немецких солдат теперь была одна забота – выжить в этом хаосе.

Расположение наших и немецких войск перемешалось. Один квартал или даже отдельный дом занимали наши, другой, по соседству – немцы. И пулю можно было получить с любой стороны.

Ночью Сергей сходил на склад и оценил объём работы. М-да, учитывая, сколько успели вывезти, трудиться им предстояло ещё не меньше двух дней. Ящиков оставалось достаточно много, и таскать их до вагона на рельсах становилось всё дальше.

Хотелось есть: за день Сергей куска хлеба во рту не держал – так же, впрочем, как сапёры и отделение автоматчиков. По Уставу солдат должен стойко переносить все тяготы службы. Но ведь физическая нагрузка у солдат велика, ящики тяжёлые. И завтра солдаты с ног свалятся от усталости и голода, если их не покормить, хотя бы сухим пайком. Только еды уже было не достать, нигде. Но Сергей решил, что завтра он с первым же грузовиком отправится в дивизию и выбьет у начпрода провизию. На трофеи рассчитывать не приходилось – не 41-й год, у немцев самих с провиантом было туго. Это уже после взятия Берлина перед советским командованием во всей полноте встанет вопрос – чем кормить население? Почти сразу же будут организованы рабочие места – на расчистки улиц от завалов, восстановление подачи воды, электроэнергии, запуск движения метро и трамваев. И с 15 мая 1945 года, после назначения бургомистров и образования районных управ, были введены продовольственные карточки. На рабочую карточку берлинец получал в день 600 граммов хлеба, 400 граммов картофеля, 80 граммов крупы, 100 граммов мяса, 30 граммов жиров, 25 граммов сахара, а также 100 граммов кофе, 20 граммов чая и 400 граммов соли в месяц. Дети и иждивенцы получали в день на человека 300 граммов хлеба, 400 граммов картофеля, 30 граммов крупы, 20 граммов мяса, 20 граммов жира и 25 граммов сахара.