Командир

Делать нечего, пришлось дать добро на эту авантюру, потому что думать некогда было, да и ничего толкового вот так сразу в голову не пришло.

Старая одежда, годная, по сути, только на тряпки нашлась здесь же, на чердаке сарая. Действительно рванье, но так оказалось даже лучше. Два осназовца по-быстрому переоделись, чуть измазали лица в пыли и стали правда напоминать пребывавших в длительном запое алкашей.

Дальше все получилось совсем просто. Переодетые осназовцы, горланя песни и спотыкаясь на каждом шагу, как бы поддерживая друг друга, подошли к нужному дому и домахались до наблюдателя на крыльце, требуя дать им закурить. Понятно, что на слова, что тот не курит, внимания они не обратили и продолжали все громче перекрикиваться с этим наблюдателем, привлекая внимание прохожих.

Итог закономерный. Наблюдателю происходящее не понравилось, и тот, естественно, решил прогнать алкашей, направившись к калитке.

Я, наблюдая за эти спектаклем, даже не понял, как осназовцы вырубили этого наблюдателя и, не став дожидаться основную группу, за какие-то мгновения оказались внутри дома.

В общем, пока мы добежали и заскочили в дом, все было закончено.

В комнате, которую с натяжкой можно было назвать гостиной, оказалось три человека. Двое в гражданской одежде валялись на полу без сознания, а за столом сидел перепуганный интендант. Главное же, на столе перед ним лежала, похоже, нечаянно рассыпанная внушительная кучка банкрот разного достоинства, при виде которых в голове мелькнула мысль: «пересчитывали они их, что ли?».

Когда я вошёл, переодетые осназовцы уже занимались обыском тел гражданских и одновременно следили за интендантом, ловя даже малейшие его движения. Вернее, один обыскивал, а второй караулил. Вот тот, который караулил, и произнес, кивая на интенданта:

— Очень резвым оказался, почти успел достать пистолет, гражданские тоже вооружены так, будто на войну собрались, — с этими словами он указал на табурет, где лежали пара ножей, два револьвера и пистолет незнакомой конструкции.

— Хорошо, принял. Гражданских связать и вытащить на улицу, постарайтесь пока увести за дом, не привлекая внимания, мне нужно пообщаться с интендантом наедине.

Боец только кивнул и сразу принялся помогать товарищу, попутно подсказывая людям, ворвавшимся вслед за мной в дом, что и как делать.

Пара минут, и я остался наедине с интендантом, которого ребята тоже не забыли обыскать. И не зря. За голенищем сапога обнаружили финку, притом очень даже интересную, качественную.

Как только мы остались вдвоём, я глядя в глаза интенданту произнес.

— У нас с тобой только два варианта. Ты сейчас добровольно рассказываешь мне все, что знаешь, а потом и переносишь все это на бумагу. Или делаешь все то же самое, но после того, как я с тобой поработаю.