Командир 2 Война

Это я так думал, на самом деле уже через два часа она под недовольным взглядом капитана ГБ буквально влетела ко мне в палату и тут же расплакалась, присев рядышком на табурет и боясь даже пальцем дотронуться до моего перемотанного бинтами тела.

Ну да, зашла в самый неподходящий момент, под конец перевязки, и, похоже, надумала себе бог весть что.

С трудом её успокоил, а потом спросил, как она так быстро смогла сюда добраться.

Оказывается, ничего странного, она просто потребовала у отца его служебную машину, которую тот вынужден был предоставить в её распоряжение. Более того, они сюда прибыли всем семейством, но вредный капитан разрешил пройти в палату только ей.

Стоило мне только глянуть в сторону этого капитана, который так и торчал в дверном проходе, наблюдая за нашей встречей, и вопросительно поднять бровь, как его будто ветром сдуло. Через несколько минут в палате было все Настино семейство, и, наверное, по традиции не обошлось без наезда её мамы, которая прямо с порога спросила:

— Значит, царапина, говоришь?

Тут ещё и папа включился:

— А я тебе говорил, Настя, что с военным связывать свою судьбу — неоправданный риск.

Почему-то от этих слов мне так обидно стало, что меня прям аж тряхнуло, но ответил я этим двоим максимально спокойным голосом.

— Да, все верно, царапина, потому как жив остался и не калека, а что касается того, с кем связывать судьбу, это вы правильно подметили, с военными делать это — большой риск. Гораздо безопаснее и разумнее найти какого-нибудь бесхребетного бездельника, нарожать ему таких же амеб, а потом когда-нибудь задаться вопросом, «а нахрена?».

Во время этого моего монолога лица папы с мамой смурнели, а Настя неожиданно приложила пальчики к моим губам, не позволяя продолжить, и сказала как отрезала:

— Не слушай их, я сразу как тебя встретила, поняла, кто моя судьба.

Приятно было это услышать, чего уж тут скрывать, даже начавшая было подниматься внутри холодная ярость, как это бывает в моменты, когда я действительно сильно разозлюсь куда-то исчезла.

Так себе прошла эта встреча и я не раз пожалел, что воздействовал на капитана, чтобы он пустил в палату всех родственников.

Нет, на самом деле мелким я был рад, и мы нормально пообщались, но вот замечания от старшего поколения достали. Ещё ее мама в какой-то момент озадачилась, что это за госпиталь такой странный и почему медсестры здесь не как везде, и отец Насти удивил, ответив, что это больничка не для простых смертных, и удивительно, что меня в неё приняли.

Вроде говорили они без задней мысли, просто обсуждая очевидный факт, а все равно вот эти слова «удивительно, что приняли» как-то задели моё самолюбие, и я с трудом сдержался, чтобы не сказать в ответ что-нибудь резкое.