Диверсионная команда

Игорь Волин вспомнил дальневосточные леса, особенно зимой ему они нравились. Кругом белым-бело, кедры под снежными шапками смотрятся, как сказочные великаны. А какая красота — после оттепели мороз. Влажные ветки деревьев покрываются коркой льда и напоминают застывшие фонтаны. Правда, снег на земле, тоже подтаяв, покрывается ледяным настилом, и тогда прокладывать лыжню по такому настилу сущее мучение. На окружных учениях «Тайга» его группе пришлось совершить марш-бросок на лыжах в тридцать километров. Были такие условия: пройти в тыл «противника» и устроить засаду на дороге. А после того, как удалось добыть «языка», и не какого-то там замухрышку, а полковника, начпрода танкового корпуса, еще десять километров ломали лед к месту посадки вертолета. Да, ну и намучился он тогда с бойцами, играя «в солдатиков»...

— Товарищ капитан, — от воспоминаний Волина отвлек хриплый бас Лебедева.

Мичман, указывая на широкую расщелину в стороне от тропы, произнес:

— Место укромное, хорошо бы привальчик организовать?

— Значит, организуем, — согласился капитан."

"Группа свернула с тропы, и по одному диверсанты начали проскальзывать в расщелину, которая оказалась шириной более метра. Бойцы туда проходили свободно, не снимая рюкзаков. Внутри было темно и сыро, с потолка капали тяжелые холодные капли.

— Привал двадцать минут, — объявил Волин, стягивая с плеч лямки рюкзака. Ноги его от напряжения дрожали, горели ступни, но, переборов слабость, капитан добавил: — Всем отдыхать, я покараулю.

Опустив рюкзак, Игорь присел на корточки и тут же из кармана брюк вывалился тяжелый «стечкин». Выругавшись, капитан подобрал оружие, хотел снова засунуть в карман, но тут его окликнул Ковалев.

— Возьмите, товарищ капитан, — сказал боец, протягивая кожаную кобуру, взятую у убитого душманского командира.

— А как же твой «кольт»?

— Да ну его к черту, — отмахнулся Гога, — вещь красивая, блестящая, но тяжелая. В общем, выкинул я его еще вчера.

Отведенные командиром двадцать минут уже истекли, но никто из бойцов не спешил подниматься, все ждали команды старшего.

— Подъем, — наконец тихо произнес капитан. Диверсанты молча поднимались со своих мест, снова берясь за оружие и экипировку.

— Товарищ капитан, — обратился к командиру переводчик.

— Слушаю.

— Я вот думаю. От группы майора Чечетова мы уже отстаем на двое суток. После боя наши силы порядком ослабли, мы уже идем со скоростью три-четыре километра в час и через пару часов привалы. Но они короткие, люди не могут отдохнуть. Завтра мы уже совсем выдохнемся.

— Что вы предлагаете, лейтенант?

— Если устроить большой привал часов на пять, конечно, силы мы сможем восстановить, но время будет еще больше упущено. Да и от места боя мы не очень далеко ушли.