Диверсионная команда

Никакой трупоед оттуда их не достанет. А с оружием тоже все ясно. Соберем его в кучу и рванем.

— А как насчет «духов»? — спросил Волин.

— Если бы кроме этих, — Лебедев указал на заваленное трупами ущелье, — были другие группы преследования, они бы давно подошли.

— Ну а другие отряды? Шум от боя наверняка далеко разносился. Какой-нибудь другой отряд не мог выступить сюда? — не унимался Волин.

— Да нет, капитан. Если кто и слышал нашу стрельбу, наверняка решил, что это очередное выяснение отношений между полевыми командирами. Это касается лишь тех, кто схватился за оружие, — деловито пояснил Кадыров. Переводчик провел в Афганистане не один год и знал, о чем говорил.

— Ладно, — вздохнул Игорь, — пошли собирать трофеи.

Через два часа кропотливой работы была сложена большая куча из автоматического стрелкового оружия. Среди нагромождения стволов и прикладов виднелись подсумки со снаряженными магазинами, различных конструкций гранаты. На самом низу лежали артиллерийские боеприпасы.

— Отходите в ущелье, к раненым, — присев возле минометных зарядов, приказал Волин.

Трое спецназовцев не спеша двинулись обратно. Дождавшись, когда они скрылись в горловине ущелья, капитан снял предохранительный колпак со взрывателя мины. Затем достал из своего подсумка брусок пластика. Облепив взрывчаткой головную часть мины, Игорь вдавил в пластик трубку детонатора с метровым отрезком бикфордова шнура, конец которого был залит серой. Чиркнув концом о спичечный коробок, Игорь наблюдал, как вспыхнула сера, а затем, услышав знакомое шипение, бросил шнур и со всех ног помчался к ущелью. Добежав до горловины, он, укрывшись за каменным выступом, прикрыл уши руками. В следующее мгновение земля содрогнулась. Через минуту Волин выглянул из своего укрытия: над бывшей минометной позицией еще клубился сизый дым, а все вокруг было усеяно железным ломом. Капитан поспешил догнать своих подчиненных. Держа на перевязи левую руку, к нему двинулся Иванников. Он тихо произнес:

— Все, Воробьев кончился.

— Отмучился, бедняга, — за спиной капитана прохрипел мичман.

...Отвернув крышку фляги, Волин приложил ее к губам. Холодная жидкость обожгла пересохший рот. Он только что проснулся. Спал тревожно, беспокойно.

На фоне расщелины четко виднелся темный силуэт часового, по грузной фигуре капитан узнал мичмана Лебедева. Он последним нес охрану стоянки диверсантов.

До рассвета оставалось несколько часов — самое время для выхода группы.

— Подъем, за Россию ответчики, — тихо скомандовал Волин. — Нас ждут в Кабуле...

XII

За долгие годы бездействия Рано считал, что о нем забыли. И немудрено, что сейчас творится в России. Каждый раз в указанное время он приходил на кладбище и садился у одной из могил.