Команда Бешеного

 — Но Наполеон говорил своему офицеру: «Вы не выше меня, вы — длиннее!»

— А что говорил Наполеон про людей, которые, идя в гости, захватывают с собой охрану? — съехидничал Рассказов.

— Я не знаю, что говорил по этому поводу Наполеон, но я знаю русскую поговорку: «Береженого Бог бережет!» — Несмотря на шутливый тон, он смотрел на Рассказова вполне серьезно.

— Ладно, Большой Стэн, уверяю тебя, что, приходя ко мне в гости, можешь быть совершенно уверен, что уйдешь целым и невредимым. Так что пусть твои мальчики посидят в приемной и выпьют чего-нибудь, пока мы с тобой поговорим. Кстати, не думаю, что тебе самому нужны лишние уши при разговоре, — тихо проговорил Рассказов.

— Хорошо! — После небольшой паузы кивнул тот, затем повернулся к своим «мальчикам». — Побудьте, ребята, здесь… Сколько времени нам понадобится для разговора? — спросил он Рассказова.

— Как пойдет… — улыбнулся Аркадий Сергеевич. — Может, и двух минут хватит, а может, и часа будет недостаточно.

— Хорошо. — Большой Стэн вновь повернулся к своим телохранителям.

— Через пять минут я выйду и скажу, что делать дальше, понятно? — последнюю фразу он произнес так, что телохранителям стало ясно: «Будьте начеку. Если что — вперед!»

Они прошли в кабинет Рассказова, который он использовал для встреч только с посторонними людьми. Кабинет был оснащен таким образом, что человек, которого Рассказов захотел бы убрать, даже не успел бы понять, что с ним происходит. Так же была оборудована и приемная.

— Напрасно ты, Большой Стэн, не доверяешь мне, напрасно, — с дружелюбной улыбкой произнес Рассказов. — Поверь, если бы мне захотелось убрать тебя с дороги, то ты бы уже давно отправился па небеса. Надеюсь, ты в этом не сомневаешься?

Несколько минут Большой Стэн молча смотрел на Рассказова, взвешивая его слова. Сначала ему захотелось достойно ответить, но это было только первым порывом. Он действительно понял, что сидящий перед ним уверенный человек, прошедший, как он слышал, огонь и воду в советском КГБ, — опасный противник, и коль скоро он говорит в открытую о таких видах, то в это можно верить. Однако что ему понадобилось от Большого Стэна? Неужели интуиция его не подводит и речь пойдет о контейнерах? Но что ему известно? Неужели этот «азиат» что-то еще «вспомнил»? Если так, то нужно быть повнимательнее.

— Вы должны простить мне мое недоверие, — со вздохом сказал Большой Стэн, совершенно машинально переходя на «вы».

— Я очень рад это слышать, мой дорогой друг, но зачем менять то, что уже установилось между нами? Давай все-таки на «ты».

— Ничего не имею против. — В голосе Стэна почувствовалось облегчение.