Колычев. Циклы детективов. Романы 1-44

Знаешь, если бы он сразу сказал мне, что работает на кого-то водителем, я бы его поняла. А он мне лапшу на уши вешал.

VIP-дом, яхта, папа-миллионер... Терпеть ненавижу, когда из меня дуру делают. Я когда дурой себя чувствую, мне все мужики козлами казаться начинают... – Что ты там про папу-миллионера говорила?

– Ну так Пашка себя за Тимофея выдавал. Мол, у него самого папа-миллионер. А что, что-то не так?

– Да нет, все так... Мне Тимофей не говорил, что у него папа-миллионер...

– Да это и так понятно. Отец в свое время состояние сделал, а теперь сынок плоды его деятельности пожинает... Он вообще чем занимается?

– Какая-то финансово-торговая группа, я в подробности не вдавалась. Еще примет меня за экономического шпиона... Я почему-то думала, что Тимофей сам себя сделал, а отца на попечение взял...

– Да какая тебе разница, откуда у него деньги. Главное, что они есть. И от Тимофея козлом не воняет...

– Поживем – увидим.

Лизка хотела сказать еще что-нибудь в этом ключе, но в номер постучали. Лариса открыла дверь и увидела полноватого мужчину лет сорока с намечающейся сединой на висках. В глазах мажорный свет, как отражение внутреннего сияния, улыбка до ушей. Рука за спиной. Уж не пистолет ли он с глушителем там прячет?

– Лариса Черкашина? – любезно осведомился он.

– Допустим, а что такое? – встревоженно спросила Лариса.

Тело встало на боевой взвод. Одно неосторожное движение со стороны незваного гостя, и ему крышка.

– Крыжов Леонид Тарасович, временно исполняющий обязанности директора пансионата, – представился мужчина.

И потянул руку из-за спины. Лариса вмиг перенесла точку опоры на правую ногу, чтобы ударить левой. Но бить гостя не пришлось, потому что вместо пистолета он вытащил букет цветов из семи роз.

А может, их шесть или восемь, вскользь подумала Лариса, надо будет потом пересчитать.

– Это мне?

– Ну конечно же, вам!

– Вы, ваши цветы... За что такая честь?

– А вы не догадываетесь?

Крыжов продолжал улыбаться, но вперед пер как самый взаправдашний танк. Ларисе пришлось посторониться, чтобы пропустить его в номер.

– Вам еще и медаль полагается, – на ходу тарахтел он. – «За спасение утопающих». Вы же человека вчера спасли... Э-э, Жереха Якова... Э-э, в общем, Яшу Жереха...

– Вот оно что! – озадаченно протянула Лариса.

– А как вы думали! Вы рисковали жизнью, когда ныряли с этой чертовой вышки... Да-да, мы эту вышку так и зовем чертовой... Уже третий случай за два года. Надо было еще в прошлом сезоне убрать это безобразие, но как-то руки не доходили. Но в этом году мы точно уберем эту вышку, я вам обещаю!

– Вы говорите со мной так, будто я какое-то инспектирующее лицо. Как будто оправдываетесь, – заметила Лариса.

– Представьте себе, оправдываюсь! Я же в курсе, как вы набросились на старшего спасательной смены...