Колычев. Циклы детективов. Романы 1-44

– Я и сама догадываюсь. Когда он лез ко мне знакомиться, я заглянула ему в глаза и увидела этот самый орган. Поэтому ему от ворот поворот, а тебе – зеленый свет. Эти две недели я вся твоя... Да, насчет твоего отца хотела спросить. Он что, сейчас на операции?

– Да, его сейчас к операции готовят. Первое время он в гостевом доме жил, ну, под моим присмотром, понятное дело. А сейчас его в клинику забрали. С печенью у него большие проблемы...

– Что, приступ был?

– Ну, приступы его донимали, не без этого. Цирроз печени – это очень страшно...

– Цирроз, говоришь, – задумалась Лариса. – А какая операция может ему помочь?

– Очень сложная операция. Пересадка печени...

– Погоди, погоди, а как это возможно?

– Не знаю, это уже не мои проблемы. Мое дело – деньги платить, а врачи сами пусть думают...

– Так ему сейчас пересадку печени будут делать?

Тимофей хотел было ответить, но вдруг передумал. И в душевном смятении беспомощно посмотрел на Ларису.

– Будут, но не сейчас, – после продолжительной паузы сказал он.

– А где?

– Это что, имеет значение?

– Ну, мало ли что, может, у самой вдруг печень откажет...

– Шутница ты, однако, – натянуто улыбнулся Тимофей.

Было видно, что Лариса затронула запретную для него тему, и он осуждает себя в душе за излишнюю болтливость. А ведь он проболтался. Информации не так уж и много, но уже можно делать кое-какие выводы.

– А где сейчас твой отец?

– Много будешь знать, скоро состаришься.

– А все равно не буду вечно молодой...

– Ну тогда скажу. В Москве мой отец. Ему здесь стало плохо, и его отправили в Москву спецрейсом на операцию. Он уже давно на очереди стоит...

– На очереди куда?

– Ну не в морг же... Очередь на трансплантаты, да ты, наверное, слышала про это. Сейчас во всех газетах об этом пишут... Это если человек в автокатастрофу попал, его на операционный стол кладут. И органы вырезают, если не удается спасти...

– Или не захотят спасти, – невесело усмехнулась Лариса. – Человеческая жизнь стоит дешево, а трансплантаты в большой цене, или нет?

– Или да... Думаешь, я не понимаю, что ради отца могут зарезать человека, которого еще можно спасти? Понимаю. Но ведь он – мой отец! И я должен, я обязан его спасти! – Тимофей волновался. – А потом, если не он, то ту же печень вмонтируют кому-нибудь другому...

– Да ты не оправдывайся, я все понимаю, – кивнула Лариса."

"Она и в самом деле понимала его. Человек хочет спасти своего отца, у него есть деньги – он может оплатить дорогостоящую операцию. А откуда врачи возьмут запасные органы, это его волнует постольку-поскольку. К тому же он прав, не будет его отца, будет другой очередник... Ларисе нравятся животные, ей жалко коровок и овечек, которых ждет бойня. Но было бы глупо отказаться от вкусной колбаски ради спасения этих несчастных животных.