Колычев. Циклы детективов. Романы 1-44

У него дубинка и автомат. Дубинку можно блокировать. Автомат можно забрать... Дальше Демьян возьмет в заложники этого мента. Начнет качать права... А вдруг он этим остановит ментовский беспредел? За это ему набросят пару-тройку годков. Зато авторитет его подскочит до самых до небес. Мот рядом с ним будет просто отдыхать...

План созрел мгновенно. Демьян изобразил покорность. Сам, без команды, повернулся к стене, оперся об нее руками, широко развел ноги. Сейчас спецназовец подойдет к нему. Он не видит в нем опасного противника, поэтому его можно застать врасплох.

Мент действительно подошел к нему. Только врасплох его застать не удалось. Демьян сумел вцепиться в дубину, даже смог вырвать ее из рук. Но прозевал момент, когда колено спецназовца въехало ему в пах. Удар сильный, резкий и точный.

Невыносимая боль скрутила Демьяна в три погибели, швырнула на землю... Только ублюдок Глеб бил его по яйцам. Целых два раза. Очень сильно бил, очень больно. И очень унизительно. За это он должен умереть. И он умрет. Когда-нибудь... А как быть с этим спецназовцем? Ведь Демьян никогда не сможет до него добраться... Теперь он стонал не только от боли, но и от бессилия...

– Что, хреново? – как будто откуда-то с высоты донесся голос спецназовца.

Демьян узнал этот голос. Дикая ненависть захлестнула душу. Он даже перестал замечать боль.

– Ты?! – взревел он.

– Я!

Спецназовец снял маску... Да это он, тот самый ублюдок Глеб.

– Ты покойник! – заорал Демьян.

И потянулся к нему.

– Сидеть! – рыкнул на него Глеб, подбирая с земли дубинку.

Это уже не тот песик, которым Демьян знал его раньше. Это уже натуральный волкодав. Взгляд жесткий, пронизывающий. В руках «демократизатор». Подумать страшно, что будет, если он пустит его в ход... Демьян отступил. Но злоба и ненависть продолжали душить его.

– Ты козел! Понял, ты козел! – заорал он."

"Сучара Глеб отреагировал мгновенно. И удар у него быстрый, можно сказать, молниеносный. Дубинка опустилась на плечо. Рука мгновенно онемела... А если он огреет его по шее. Тогда что, онемеют мозги?

Демьяну стало страшно. Но он не унимался:

– Сука! Падла! Мент позорный!

Он уже не пытался лезть на Глеба. Может быть, поэтому тот не стал его бить. Но все равно наехал на него.

– А ты чмо болотное! Мокрушник хренов!!! Ты Марка убил, ты меня убить хотел!

– Не хотел! Хочу!!! Я хочу тебя замочить! И я до тебя еще доберусь! – в истерике бушевал Демьян.

– Не доберешься! – хищно сощурился Глеб.

Он взял автомат на изготовку. Быстрым резким движением загнал патрон в патронник. Направил «ствол» на Демьяна.

– Не доберешься... – повторил он.

Палец шевельнулся на спусковом крючке.

От страха Демьян перестал чувствовать тело. Как будто и нет его. Сейчас Глеб убьет его. Это запросто. Ведь, кроме них двоих, здесь никого нет.