Колычев. Циклы детективов. Романы 1-44

Сзади послышались едва тихие сухие хлопки. В уши ударил противный визг... Да это же по нему из пистолета стреляют. И пули от стен рикошетят...

Но Демьян не успевает за Глебом. Поэтому мажет... Но для него еще не все потеряно. Еще несколько этажей вниз. У него еще есть пространство для маневра. Он еще может догнать Глеба...

Страх перед смертью действовал на него, как плеть кучера на строптивую тягловую лошадь. Он несся вниз с бешеной скоростью. Сбил с ног какого-то деда, когда вылетал из подъезда. Вслед ему понеслись проклятия...

Он пересек свой двор, соседний. Еще немного, и будет пункт вневедомственной охраны. Там он может найти защиту...

Впрочем, он мог бы туда и не соваться. Демьян – а это был он, никаких в том сомнений – уже давно не гнался за ним.

* * *– Почему ты уверен, что это был именно Демьян Красновский?

Оперуполномоченный уголовного розыска не просто смотрел на Глеба. Он буравил его взглядом.

– Так это ж, я говорил. У нас был конфликт...

– Да, говорил... Ты его сильно ударил. И он решил тебе отомстить.

– Ну да.

– Знаете, как это называется? Детский лепет на лужайке, вот как это называется.

– Но ведь в меня стреляли!

– А этого никто не отрицает. Возможно, это был Красновский, а может, и нет. Ведь ты не видел этого человека в лицо.

– Не видел. Он был в маске... Но он был такой же по комплекции, как и Демьян.

– Да что ты меня убеждаешь? Не надо меня убеждать. Я тебе верю... Мы с Егором Павловичем тебе охотно верим. Правда, Егор?

– Да я-то верю, – кивнул Головатый. – Да что толку? Как я понял, у тебя, Миша, нет никаких оснований задерживать этого Красновского.

– Почему нет? Есть. Но только из уважения к тебе, Палыч. Мы его возьмем. Изолируем. Но вряд ли он признается в содеянном. Вернее, он точно не признается. Поднимет нас на смех, а затем накатает телегу прокурору. Ты не думай, я этого не боюсь. Просто я тебя предупреждаю, что долго за решеткой он не задержится. Этот Демьян, он же из банды Недели. А тот сейчас на высоте. С городским начальством за руку здоровается, судья у него – кум, прокурор – сват. Я, конечно, утрирую. Но факт остается фактом, стоит мне тронуть этого Красновского, сразу пойдут звонки. И прокурор палки в колеса вставлять начнет. Вряд ли он больше трех суток у меня задержится...

– Глеб считает, что этот тип причастен к гибели Марка Таранова...

– Да, да, был у нас сигнал. От сожительницы Таранова...

– От его гражданской жены, – поправил оперативника Глеб.

– Пусть от гражданской жены, я не возражаю, – охотно согласился тот. – Так вот, был сигнал. Отрабатывалась версия. Но, увы, никаких зацепок. Этот Красновский вышел сухим из воды... Вот потому я и говорю, что сажать его без железных доказательств – гиблое дело... Но я вам обещаю, я сделаю все, что от меня зависит.