Колычев. Циклы детективов. Романы 1-44

И встретил ногой в живот третьего. Торчок согнулся в три погибели и схлопотал добивающий удар – кулаком по шейным позвонкам. Не скоро он придет в себя...

Алика уже поднялась на ноги и сейчас стояла, опершись о стену. Ее тело сотрясала нервная дрожь. На Глеба она смотрела ошалевшими от недавнего ужаса глазами.

– Они... Они хотели меня убить... – с трудом выдавила она из себя.

– Но ведь не убили, – ободряюще улыбнулся он.

– А еще... Еще они хотели меня изнасиловать... И волосы хотели отрезать...

– А что хуже – волосы или изнасиловать?

– Ты шутишь?.. Нашел, когда шутить...

Медленно, но верно Алика отходила от шока.

– Это не шутка. Это способ поднять тебе настроение...

– Я... Я хочу домой...

– А с этими что делать?

– Не знаю, – пожала она плечами. – Я хочу домой...

– В милицию звонить надо.

– Не надо милиции...

– Но это ж твои соседи. Ты хочешь, чтобы тебя еще раз сюда затащили?

– Нет.

– Тогда вызываем ментов.

– Ну, будут менты. И что дальше? Заберут этих выкидышей. А они через месяц выйдут. И что?..

– Почему выйдут?

– А потому что никто ничего не докажет. Они меня изнасиловали? Нет. Убили? Нет... Вот если бы все это случилось... А это случится. Когда они выйдут... А они выйдут...

– Что же тогда делать?

– Не знаю... Хотя можно Давыда позвать. Он с ними поговорит...

– Давыда?! – недовольно поморщился Глеб. – У тебя с ним серьезно?

– Тебе какое дело? – огрызнулась Алика.

– Да нет, никакого... – пожал он плечами. – Нет мне до тебя никакого дела... Я вообще не понимаю, что я здесь делаю...

Он скользнул по Алике пустеющим взглядом и широким шагом вышел из квартиры.

Алика устремилась за ним.

– Эй, постой! Ты куда? Ты что, обиделся?

– Я?! Обиделся?! – усмехнулся Глеб. – Было бы на кого обижаться... Все, чао!

Он махнул ей рукой так же небрежно, как это сделала она, перед тем как зайти в свой подъезд.

– Глеб! Ты чего? – В голосе Алики звучало ярко выраженное беспокойство.

Она не хотела, чтобы он уходил. Но он продолжал спускаться вниз по лестнице. В конце концов он уже принял решение не иметь с ней никаких отношений. А свои решения он не меняет. Разве что в исключительных случаях.

– Глеб, постой! У меня к тебе дело!

Глеб остановился. В виде исключения. Ведь у нее к нему дело.

– Да.

Алика подошла к нему... Что это с ней? Только что была мягкой, а сейчас вновь зачерствела. Сухарь-девчонка.

– Завтра я в Москву еду. Конкурс у меня... – в ее голосе проскальзывали нотки высокомерия.

– Желаю удачи!

Глеб сделал несколько шагов вниз по ступеням. Если он ей нужен, пусть побегает за ним.

– Да куда же ты? – снова размякла Алика.

Он опять остановился, обернулся к ней.

– Ну ты же мне все сказала...

– Где же все?.. Глеб, я боюсь. Я этих наркоманов боюсь. Что, если они снова ко мне пристанут?

– У тебя ж Давыд есть.

– Да нет никакого Давыда.