Колычев. Циклы детективов. Романы 1-44

– Так, чтобы ты за секс не платил? – с хитринкой во взгляде спросила она.

– Да.

– Могла бы... Но... Все равно без денег нельзя. Ты должен купить мне квартиру, подарить машину. А еще я хочу, чтобы ты постоянно делал мне подарки. Шубку, драгоценности...

– А без этого нельзя?

– Без этого будет любовь. Это такое изобретение русских, чтобы не платить...

– Ты не веришь в любовь?

– Не смеши. Какая может быть любовь в наше время?.. Озолоти меня, и я вся твоя...

– Пока не закончатся деньги?

– А вот такая я меркантильная!.. Все мы, бабы, такие. По своей природе мы сороки. Любим все яркое и блестящее. И от этого никуда не деться... Хотя любовь, конечно, бывает. Как недостаток природы... Но ты же не Ален Делон, правда?.. Ты только не обижайся. Я совсем не хотела тебя обидеть. Сам же на откровенность нарвался...

Роберт не обижался. Но на душе все равно было пасмурно. И тяжело – как будто дождевая туча давила...

3

Роберт часто видел эту соседскую девчонку. Но как-то не присматривался к ней. А сегодня... Как будто чья-то рука сжала сердце. Жизнь, казалось, остановилась. И все из-за этой соплячки...

Ей всего лет двенадцать-тринадцать. Белый бант на черных волосах, белый фартук на коротком черном платье, белые гольфы на стройных смугловатых ногах. Она же еще совсем ребенок. Но такая красивая... Может, это сам дьявол послал это чудо ему во искушение?

Нет, о плотских желаниях не могло быть и речи. Он не подонок. Но ведь эта девчонка когда-нибудь вырастет. Когда-нибудь станет взрослой и будет сводить с ума мужчин.

Роберта она уже сводит с ума сейчас. Он ей не нужен ни сейчас, ни потом. Они не пара. Между ними всегда будет огромная пропасть. Она красавица, он чудовище..."

"Но он должен, должен ею обладать... Что за бредовые мысли? Откуда они идут?.. Эта девочка никогда не будет ему принадлежать. И с этим нужно просто смириться.

Женщины не хотят быть с ним, упорно сторонятся его. С этим он смирится. Смирится и с тем, что этот цветок растет не для него. Не для него!

Но шло время. А мысли о соседской девчонке продолжали будоражить его воображение. Это было какое-то наваждение. И он ничего не мог с собой поделать. Эта была любовь, которая была во много раз сильнее, чем его воля.

Он уже твердо знал, что Марина – это его рок на всю жизнь. И он умрет, если она не будет принадлежать ему. Хотя бы раз, но она должна принадлежать ему душой и телом...

Роберт потерял покой и сон. Он жил Мариной, он думал только о ней. Это было какое-то сумасшествие. И он не вытерпел – обратился к психиатру. Признался ему во всем. Это была не исповедь. Это был крик души...

* * *Этот мужчина показался ему удивительно знакомым. Елки-палки! Да это же Павел Трофимович. Сколько лет, сколько зим...

Он еще не поднял руки, а Роберт уже жал на тормоз. Остановил «Москвич» впритык к нему.