Колычев. Циклы детективов. Романы 1-44

Она хорошо понимала, в какой переплет попала, поэтому вела себя соответственно.

– Виолетта Михайловна, мы знаем про вас все, – давил на нее Якушев. – Знаем, что вы организовывали эти дьявольские сабантуи для ваших сумасшедших друзей. Знаем, что вы помогали Подколзину выкрасть у гражданина Варенкова часы «Noblia». И это при том, что вы знали про убийство Норильцева. Фактически вы соучастница преступления, и вас будут судить… Кстати, суд обязательно учтет ваше прошлое…

– Мое прошлое? – вылупилась на него Виолетта. – А что такого было в моем прошлом?

– Вы занимались преступным ремеслом, Виолетта Михайловна. Слово «клофелин» вам что-нибудь говорит?

– У вас есть доказательства?

– У нас есть только факты, которые, кстати, легко опровергнуть. Но смысл в том, что их никто не будет опровергать. Просто у судьи сложится не очень хорошее о вас представление. Так что пять-шесть лет лишения свободы вам гарантировано…

Кириллу с Димой пришлось изрядно потрудиться, чтобы разложить по полочкам жизнь, которую она вела до знакомства с Шурыгиным. Само собой, все про нее узнать они не могли. Но всплыло немало интересного…

– Что же мне делать?

– Хороший вопрос. А у нас есть хороший ответ. Вы даете свидетельские показания против Шурыгина и Подколзина. А мы, в свою очередь, закрываем глаза на некоторые факты из вашей прошлой и настоящей жизни. И вы выходите сухой из воды, вот и все.

– Зачем вам мои показания? Вы же говорите, что Шурыгин и Подколзин сами во всем сознались.

– Совершенно верно. Но следствию нужны еще и свидетельские показания. Для большей убедительности… Ну так что, кого мне вызывать, следователя или конвой?

– Следователя! – встрепенулась Виолетта.

Ей не хотелось отправляться за решетку. И она готова была сдать и Шурыгина, и Подколзина. А ей есть в чем сознаваться. Кирилл мог побиться об заклад.

Следствие идет полным ходом. Подколзин уже раскололся, плюс к этому свидетельские показания Ландышевой. И Шурыгина теперь будет чем прижать. А он, надо сказать, оказался крепким орешком, до сих пор не раскололся…

После разговора с начальством полковник Толстопят принял решение плотно работать по Шурыгину и его окружению. Начали с Виолетты Ландышевой. Холостяк Юра Патокин был совсем не прочь стать жертвой ее любви. Как и предполагалось, Виолетта начала его активно охмурять. Юра продержался недолго. Но вместо того, чтобы давать ей информацию, он сеял дезинформацию. Он ни словом не обмолвился о том, что следствию известно о существовании Феликса Подколзина, о подозрениях на его счет. Он нарочно сообщил Ландышевой, что следствие зашло в тупик. Тем самым он усыпил бдительность Виолетты. И успокоил «тихий омут», в котором водились ее с жиру бешеные дружки.

А тем самым разработка Шурыгина продолжалась.