Колычев. Циклы детективов. Романы 1-44

Она слышала, как он подходит к ней, ощутила прикосновение. Что-то твердое и горячее ткнулось между ног. Внутри у нее жарко и влажно. И пусто… Сможет ли Юра заполнить эту пустоту. Так, чтобы ее распирало от тесноты. Смог… Какой гигант! А какой напор… Это не кайф. Это круче!..

Сексуальный шторм утих. Кораблик любви о двух парусах перекочевал в спальню. Ветра нет, мент на веслах – гребет тихо, нежно. И Виолетта утихомирилась. Легкая качка доставляет легкое удовольствие…

– А ты не посадишь меня в тюрьму? – неожиданно для гребца спросила она.

Юра чуть весло не утопил.

– За что?

– Но ты же меня в чем-то подозреваешь… Учти, я не хочу в тюрьму. Мне там холодно будет. Без тебя холодно, понимаешь?..

– А в чем ты виновата, чтобы сажать тебя в тюрьму? – Он говорил в такт своих движений.

Получалось очень забавно. Но не очень смешно… Коварный мент, даже на ложе любви ведет следствие. Впрочем, и она с ним не просто так трахается…

– Ни в чем… А вот если бы ты Шурыгина посадил в тюрьму…

Она нарочно оборвала этот разговор. Пусть Патокин понервничает, пусть помается ожиданием. Вдруг Виолетта сдаст своего любовника…

К этому разговору она вернулась не скоро. Сначала сходила в душ, затем сделала коктейль на двоих. Дождалась, когда Юра сам спросит про Романа.

– За что его в тюрьму сажать?

– Ну, ты же думаешь, что он Влада убил.

– А разве это не так?

– Увы, не так.

– Почему «увы»?

– Потому что Шурыгину самое место в тюрьме. Надоел он мне… Ты лучше. С тобой мне хорошо. Нет, честное слово, хорошо. Ты такой…"

"Виолетта умела грузить мужчин макаронными изделиями. И сейчас она продемонстрировала свое искусство. Юра таял, как снеговик под летним солнцем.

– Знаешь что, а давай Шурыгина на самом деле посадим в тюрьму! – взбалмошно предложила она.

– Ты думаешь, это так просто? Сначала нужно собрать доказательства его вины. Ты же не хочешь говорить, что это он убил Влада…

– Но ведь он же не убивал… А если… А что, если… – Виолетта искусственно затаила дыхание.

Создала видимость сильнейшего душевного волнения. А в действительности кровь у нее холодная, как у змеи…

– Что, если я дам показания? Скажу, что Шурыгин на моих глазах застрелил Влада…

– Он его задушил, – напомнил Юра.

– Да, точно, задушил… В общем, скажу, что Роман убил Влада на моих глазах…

– А может, это не он его убил? Может, кто-то из его телохранителей?.. Или ты видела, что это именно он Влада убил?

Вот скотина! Она к нему по-человечески, от всей души, так сказать, лапшу на уши вешает. А он ее на слове подловить пытается… Значит, он видит в ней дурочку, которую легко обвести вокруг пальца… Хорошо, если он о ней так думает…

– Юра, ты что-то не то говоришь, – мотнула она головой. – Я ничего не могла видеть. Потому что Рома никого не убивал… Но я могу так сказать.