Колычев. Циклы детективов. Романы 1-44

А там решать будем… Так, про Шурыгина Норильцев ничего не писал?

– Нет… Знаешь, я думал над этим… Ты правильно говорил, что у Норильцева беззубые статьи. Но это раньше было. До его знакомства с Виолеттой. А после как прорвало… Может, он на ворах и чинушах перо свое оттачивал? Да потихоньку к Шурыгину подбирался…

– А кто его знает, – в раздумье Дима массировал кончик носа. – Там, где большая нефть, там, как правило, нехорошо пахнет. И за Шурыгиным наверняка криминальные грешки имеются… Но зачем Норильцеву его обличать? Чтобы Виолетту от Шурыгина отвадить? Чушь. Ей все равно, чем хорь занимается, лишь бы содержал… Да и без разницы, хотел Норильцев Шурыгину насолить или нет…

– Почему без разницы? Может, Норильцев и Шурыгин нос к носу встречались. Что, если Норильцев взял да пригрозил Шурыгину. А у того кровь взыграла…

– А тут еще одна любовь на двоих… Да все может быть… Значит, кто у нас на кону? Шурыгин, Вершинин, вор Идол и Грачонок с этим, как его, Сочильским… Шурыгина пока оставим в покое. А этих на прицел… Короче, сдаем весь расклад Патокину, а он пусть решает, что да как… Да, еще этот, новорус оборзелый. Им тоже нужно заняться. Все-таки у него конфликт был с Норильцевым. Патокин ордер обещал… Кстати, нам к нему сейчас надо. Совещаться будем…

На столе у Димы зазвонил телефон.

– Во, Семеныч уже беспокоится, – хватая трубку, усмехнулся он.

Но это звонил не следователь. Звонок был из дежурной части ОВД «Алтуфьево». Оказывается, наряд только что доставил в отдел Ивана Вершинина."

"Нужно было идти к Патокину, но Дима изменил маршрут. И вместе с Кириллом прямым ходом отправился в «Алтуфьево».

Они представились дежурному майору.

– И где ж наш голубчик? – весело спросил Якушев.

– А где ж ему, голубчику, быть, как не в голубятне… Там с ним еще один бомж кукует…

Ваня сидел в клетке «обезьянника». С ним на одной лавке еще один «пассажир». Трудно было понять, кто из них бомж, а кто Вершинин… Ваня был в непотребном виде. Небритая рожа, опухшие глаза, чумазый нос, грязная рубаха, джинсы в каком-то мазуте. И все же он был почище бродяги. И воняло от него больше перегаром, чем бомжатиной.

Вершинин был пьян. Но на вопросы отвечать мог. Поэтому Дима распорядился выделить ему кабинет для допроса. Не тащить же его с собой в таком виде.

Задержанного привели в кабинет, посадили на табурет. Дима предложил ему сигарету. Вершинин жадно схватил «мальборину», глубоко затянулся.

– Сейчас бы косячок, да? – подмигнул ему Кирилл.

– Ага, – блаженно улыбнулся Ваня. Но тут же спохватился: – Да какой косячок, гражданин начальник? Я не употребляю…

Чувствовалось, что это не первый допрос в его жизни.

– А водочку?..

– Ну, водочка – святое дело… А что, нельзя?

– Можно, если осторожно… А ты, Ваня, неосторожно пьешь.