Колычев. Циклы детективов. Романы 1-44

Ему было очень тяжело без нее…

Глава 11

Колдун старался изо всех сил. Но экономку Таню не нашел. Как корова языком слизнула. Видать, в бега ушла, в самые далекие края подалась. Знает собака, чье мясо сожрала. Родственники не знали о ней ничего. Знакомые тоже. Колдун взял в оборот всех, кого только можно. Но пока пусто… Успокаивало, что про компрометирующие кассеты, судя по всему, никто не знал.

Репутация Киры осталась незапятнанной. Хоронили ее как честную, порядочную женщину. Как любящую жену и заботливую мать. Родион не верил в ее виновность. Она стала жертвой подлых обстоятельств. А потом, ни к чему все эти страсти. Ведь Киры нет. И никогда больше не будет…

Ледяной ком перекрыл дыхание, когда он бросал землю на гроб жены. По дубленой щеке прокатилась слеза…

Нет больше Киры. И он не вправе ее осуждать. Никто не вправе.

После поминок он поехал к дому, в котором он скоро будет жить один. Он и сам толком не знал, почему ему захотелось побыть в этом недостроенном доме. Может быть, потому, что здесь не должно было быть Киры. Вернее, ее мающейся души. Ему было тягостно оставаться в старой квартире наедине с духом, который никогда не найдет покоя.

Кира – самоубийца. По церковным законам ее нельзя хоронить на кладбище вместе со всеми. Родион обошел этот закон. Но это не значит, что ее душа может обрести покой. Она будет маяться вечно…

Дом был подведен под крышу. Но еще нет ни дверей, ни рам в оконных проемах. И во дворе пусто. Ни единой живой души. Хотя уже пора сторожа завести. Но это потом, потом. Сейчас Родион был рад, что никто не побеспокоит его.

Никто не знал, что он поедет сюда. Поэтому нет смысла осматривать дом в поисках гипотетического киллера. Телохранители остались во дворе. В темную и гулкую коробку дома Родион вошел один. По лестнице поднялся на второй этаж. Остановился у окна. Закурил, приложился к фляжке с коньяком.

– И мне дай! – тихо попросил знакомый женский голос.

Родион был изрядно под градусом. Да и тяжесть пережитого горя делала его невосприимчивым к потусторонним шуткам. Даже если бы это был голос Киры, он бы не испугался. Но это была не Кира. Позади него стояла Элона.

– Пожалуйста, – он протянул ей фляжку через плечо.

Даже не обернулся к ней. Настолько был спокоен.

Фляжка выскользнула из его руки. Было слышно, как Элона сделала глоток. И встала рядом с ним, по правую от него руку. Он остро ощущал энергию ее обаяния. Его пьянил запах, который оставался неизменным, какими бы духами она ни пользовалась.

– Почему ты здесь? – делая глотательное движение, спросил он.

– Потому что хотела тебя увидеть.

– С чего ты взяла, что я приеду сюда?

– Когда убили Вениамина, я не хотела ехать домой. Боялась остаться одна… С тобой происходит то же самое.

– Может быть… Но я мог поехать к матери или к сестре.