Колычев. Циклы детективов. Романы 1-44

В трубку понеслось какое-то коровье мычание.

– Шустрик за ним заехал. А там…

Спазмы все крепче держали Родиона за горло. От нехватки воздуха перед глазами пошли радужные круги.

– Калитка нараспашку. Во дворе собака мертвая. Дверь в дом открыта. В холле «отбойщик» с простреленной башкой. И Жека в спальне. Две дырки. Одна в голове, другая в груди… Наглушняк завалили Жеку. Наглушняк… Род, ты чего молчишь?

Вопрос задан неспроста. Вадик ждет, что Родион будет оправдываться, объяснять, что к этой смерти он не имеет никакого отношения… Кровь застыла в жилах, руки, ноги налились свинцовой тяжестью, грудь будто тисками сдавило. Зато спазмы отпустили горло.

– Шустрик… – выдавший себя Родион. – Где Шустрик?…

– У меня.

– Почему… Почему он не позвонил мне сам?

– Не знаю.

– Да чего там ты не знаешь? – услышал Родион злой голос Шустрика. – Знаешь ты все. Трубу дай сюда!

Телефонная трубка на том конце провода перешла к Шустрику. Родион ударил первым.

– Ты! – зло зарычал он в трубку. – Ты, гад, мне за все ответишь!…

– Я?! – оторопел Шустрик.

Он явно не ожидал такого наскока. Думал, что сам предъяву Родиону бросит. Но в оборот взяли его самого.

– Ты! Да, ты!… Ты, гад, все правильно придумал. Жека вчера косяк упорол. Я должен был ему ответку дать. Должен был… А сегодня Жеки нет. Грохнули его. Получается, это я его, да?… Ну ты и гад!…

– Гад?! Ты назвал меня гадом?! – приходил в себя Шустрик. – Да ты знаешь, что за такой базар ответить придется?

Родион в ответ только зло засмеялся.

– Да кто ты такой! За гада на зоне спрашивают. А ты там был? Кто ты такой вообще? Что ты о себе возомнил?…

– А узнаешь. От пацанов узнаешь… Короче, я уже дал отмашку, на двенадцать назначен сход уважаемых пацанов…

– Что?! – Родиону показалось, что он ослышался.

– Что слышал!… Сход будет. Будем решать, с кого за Жука и Жеку спросить…

– Ты?! Собрал сход?! Да ты хрен с бугра, понял!… Ничего, я тебе правилку сделаю. Кровью, гад, ссать будешь!…

Вне себя от бешенства Родион ругался и сыпал проклятиями. Не сразу до него дошло, что кричит он в трубку, которая отвечала ему нервными короткими гудками.

– Твари!!! – Он с силой швырнул трубку на аппарат.

– Родион! – услышал он голос Киры.

Развернулся, увидел жену. Бледная, глаза расширены от страха и удивления.

– Родион, – хватая ртом воздух, сказала она. – Я не знала, что ты можешь так ругаться…, не знала, что ты можешь быть таким.

– А-а, – махнул он рукой в ответ.

Он попытался вытащить из пачки сигарету. Но руками овладела трясучка – он сломал одну сигарету, вторую. Третью ему сунула в рот Кира. Сама же высекла из зажигалки огонь, поднесла ему. Родион глубоко затянулся, раз, второй… Крепкий табачный дым, казалось, пробрал аж до печенок. Но легче ему не стало.