Колычев. Циклы детективов. Романы 1-44

А тут отдельная палата, охранник, уважение – врачи на цыпочках ходят. Не больница, блин, а курорт. А ему ли в его положении так расслабляться?

Жук и Жека должны были появиться во второй половине дня. Новости в клюве принести. Пока это в основном победные сводки. Неплохо дела у Родиона идут. Его «община» как на дрожжах растет. Чуть ли не полгорода под себя подмяла. Боксера всерьез потеснили. Но это Жук старается, Жека, Шустрик, тот же Витек. А Родион хрен знает чем груши околачивает. Нельзя так…

Одежда у Родиона в палате, в шкафу на вешалке висит.

Лето на дворе. Много не надо. Спортивные штаны и майка.

Все это у Родиона есть. И все новенькое. Потому как старенькое истрепалось в бесчисленных бойнях.

Спортивные штаны с лампасами, майка-безрукавка, кроссовки с убойной подошвой. Только золотой цепи в палец толщиной не хватает. Этому атрибуту крутой жизни Родион не придавал особого значения. Не прочь он был цепью обзавестись, но как-то все недосуг было. Нужно было бы пацанам сказать. Только не сказал… Ладно, сегодня скажет…

Родион преспокойно оделся, швырнул на кровать надоевшую пижаму. Все, можно уходить.

Как он и ожидал, никто его не удержал. Верный Леньчик ничего не спросил. Просто поднялся с места и пошел с ним на выход. И на улице не проронил ни слова. Умеет молчать. Родион ценил это качество в людях. Не больно жаловал болтунов…

Надо было пацанам позвонить. Они бы на машине подъехали, забрали. Он не позвонил. Поэтому нет ни пацанов, ни машины. Хотя нет, Леньчик есть. И с машиной проблема решилась легко. Возле больницы остановилась желтая «Волга» с шашечками. Таксист кого-то привез. Обратно налегке невыгодно ехать, поэтому он обрадовался, когда рядом с ним сел Родион.

– Давай в сторону Восточного рынка, – велел он.

Таксист кивнул и тронул машину с места.

– На рынок? – почему-то решил он.

– На рынок, – кивнул Родион, лишь бы от него отвязались."

"– Хороший рынок. Я позавчера там джинсы купил. Место хорошее, людей навалом. То-то бандюкам раздолье…

– Кому-кому? – поморщился Родион.

– Ну это, бандюки, рэкетиры которые… Развелось этих паразитов, спасу от них нет… Кровь у трудового люда сосут.

– У тебя много насосали?

– Да нас не трогают. У нас государственный автопарк. Хотя и к нам, наверное, доберутся… А у меня друг, он на вокзале таксует. В больнице он сейчас. Рэкетсмены наехали. Процент с навара потребовали. Ванек и еще трое залупились. Так их как отмутузили. Насилу ноги унесли… Так-то вот…

– Чьи наехали?

– А вы не знаете? Космач тут объявился. Самого Боксера потеснил. Круто парень развернулся. Не человек – зверь. Хуже Мамая. Рэкетирское иго, вот. Город стонет под ним… Я уже дочь его именем пугаю.

Вот она, слава. На весь город Родион гремит. Только слава эта наизнанку вывернута. Не человек Родион, а зверь.