Колычев. Циклы детективов. Романы 1-44

Не царское это дело, и тем более не бабское. Пусть мужики за бандитами гоняются...

– Так ты что, меня на моем посту заменишь?

– Зачем заменишь? И без замен хорошо... Я замуж тебя возьму, будешь жить как королева...

– Сказал, как бриллиантами осыпал... – небрежно усмехнулась Лариса. – А мне и без бриллиантов хорошо. Но на Гавайи я с тобой, так уж и быть, поеду. Если отпуска хватит...

В доме у себя Тимофей обнаружил кавардак. Стол с остатками пиршества, пустые бутылки, табачно-перегарный дух, в одной постели Павел в обнимку с длинноногой худышкой, в другой – голая толстуха, а по обе стороны от нее, как поросята подле свиноматки, два матроса. Одним словом, форменное безобразие. Но Тимофей не стал метать громы и молнии, просто разбудил своих помощников и дал им десять минут на сборы. Кто не успел, тот опоздал, в смысле потерял работу.

– Думали, что я в самом деле на три дня в море ухожу, – уже на улице, обращаясь к Ларисе, сказал Тимофей. – Бардак устроили... Это все Павел, ухарская душа...

– А ты сам как думал, на сколько дней в море уходишь? – спросила она.

– Ну, пока с берега не позвонят...

– Кому, тебе?

– Зачем мне? Я же в данном случае был подневольным, мне сказали, я сделал. Виктору должны были позвонить...

– На сотовый?

– Нет, у него такой же, как и у меня, спутниковый... – пояснил Тимофей.

– Так почему же мы не воспользовались его телефоном? – подозрительно посмотрела на него Лариса.

– Да? – как-то не очень натурально встрепенулся он. – А в самом-то деле... Ну да ладно, все равно мы уже здесь. Ребята на месте, отца заберем, и ту-ту...

– Я бы могла позвонить... Что-то ты темнишь, Тимофей. А ну признавайся, зачем телефон свой сломал?

Она застала его врасплох, но он все же смог выкрутиться.

– Сломал, – виновато вздохнул он. – Нарочно сломал. Боялся, что ты со своей конторой свяжешься...

– А сейчас не боишься?

– А связывайся. Мне, главное, отца забрать, а там делай, что хочешь...

– Хорошо, – кивнула она. – Буду делать все, что хочу...

Тимофей забрал с собой своих не совсем еще протрезвевших помощников и повел их в клинику. Он заметно нервничал.

Лечебно-профилактический центр стоял фасадом к морю, а тылом к лесу. Это были непролазные колючие кусты, вплотную подступающие к стенам. Но, как оказалось, здесь имелась узкая заасфальтированная тропка, по которой можно было пройти сквозь кустарник, не ободравшись. Тропка подводила к такому же заасфальтированному пятачку перед массивной бронированной дверью.

Идти по этой тропинке одно сплошное удовольствие. Темнота – хоть глаз выколи. К тому же колючие ветки кустарников так и норовят оставить тебя без глаз. Хорошо хоть черный вход освещен – на пятачок перед дверью падал свет из окна.