Колычев. Циклы детективов. Романы 1-44

 – Ты, пожалуйста, меня не передергивай...

– Но ведь она в самом деле могла убивать.

– Лариса, может быть, я тебя домой отвезу? Дам снотворного, чтобы ты хорошо выспалась. Хочешь, у меня оставайся. А я к маме поеду...

– А почему не к Белле? Она что, тебя сегодня не ждет?

– Могу и к Белле поехать. Хотя мы с ней на сегодня не договаривались...

– А с кем она на сегодня договаривалась? Может, с Игнатовым?

– Это ты у него спроси.

– Да я-то спрошу. Я к Игнатову ровно дышу.

– И я бы не сказал, что сгораю от страсти...

– К Игнатову?

– Лариса! Ты невыносима!

– Ну почему невыносима? Меня можно связать и вынести. К тому же Игнатову. А можно оставить. У тебя...

Она смотрела на Фокина скованным немигающим взглядом. Внутри все напряжено, нервы натянуты как струны. Такое ощущение, будто кровь не течет по жилам, а томится в них, как горячее молоко в термосе. И только Фокин мог вытащить ее из этого пластилинового состояния. При всех его недостатках он был единственным мужчиной, который ее хоть как-то волновал.

– Я же и говорю, оставайся у меня, – сказал Стас.

С ним тоже что-то происходило. Взгляд замаслился, губы разомкнулись, дыхание учащенное. Видно, что волнуется.

– Ты напоишь меня снотворным и уйдешь? – спокойно, без вызова, спросила она.

– К маме.

– А к Белле ты не пойдешь, потому что не хочешь.

– Не хочу...

– А со мной остаться хочешь?

– Хочу.

– Ты напоишь меня шампанским?

– Напою.

– Я буду пьяная-пьяная, и ты уложишь меня в постель.

– Уложу.

– Тогда иди сюда, – словно на последнем издыхании, потребовала она.

Фокин был старшим и по должности, и по званию. Но подчинился. Не мог не подчиниться... От волнения он покрылся капельками пота, глаза как две газовые конфорки, сам как раскрытая духовая камера – жаром от него так и пышет.

Фокин нежно обнял ее за плечи, мягко привлек к себе. Попытался губами поймать ее губы, но поймал пустоту. Лариса тоже обняла его. Извернулась и швырнула его через бедро. Бедняга Стас от неожиданности крякнул, как подстреленная утка... Лариса очень хотела знать, что будет потом. Интересно до неприличия... И она совершила неприличный жест. Выставила кверху средний палец.

– Фак...ю, Фок...ин!

Не очень интересное продолжение. Лично она рассчитывала на куда более волнующий финал. Но врожденная зловредность внесла свои коррективы. К тому же они не закончили деловой разговор, чтобы отвлекаться на всякие разности.

– Ну и зачем ты это сделала? – потирая ушибленную руку, спросил Стас.

– Да так, для поддержания разговора... Кстати, мы оборвали его на самой высокой ноте... Как эксперт по Белле Бакатиной, ты считаешь, что не могла она убивать, чтобы подставить Елагина.

– Лариса, ты хоть думай, что говоришь!

– А ты считаешь, что твоя Белла – ангел?

– Я этого не говорил.

– Но подразумеваешь...