Колычев. Циклы детективов. Романы 1-44

Какие, к черту, могут быть сомнения?

– Я привык больше делать, чем говорить! – полный маниакального величия, изрек насильник. – Итак, сначала несколько слов о нашем совместном проекте...

Лариса с открытым ртом внимала каждому слову коварного ублюдка. Все то же авторское кино, Лариса получает главную роль, затем Каннский или Венецианский кинофестиваль, слава, успех и все такое прочее из супового набора для наивной чукотской девочки.

– Да, кстати, меня зовут Герман Валерианович. Если вы согласны сниматься в моем кино, то можно просто Герман...

Он мог бы назваться хоть Аристархом Плутарховичем, все равно для Ларисы он оставался Германом. Цель определена, осталось ее поразить.

– Я согласна! – от радости она чуть не захлопала в ладоши.

– Да, еще один момент, – лукаво блеснул взглядом извращенец. – Для моего фильма требуется раскрепощенная, раскованная женщина. Но я не думаю, что с этим возникнут проблемы. Если ты собиралась стать актрисой, ты должна была быть готовой к тому, чтобы раздеться перед камерой...

– Ну, я как-то об этом не думала, – для приличия смутилась Лариса.

– А ты подумай. У тебя еще есть одна минута. Иначе мне придется искать другую кандидатуру на роль.

– Не надо никого искать. Я согласна!"

"– Да ты не волнуйся. Особо напрягаться не придется. Разденешься до пояса, и все... Ну так что, едем на студию?

Было бы странным, если бы Лариса сказала «нет». Герман-режиссер остановил такси, велел водителю ехать на Дмитровское шоссе. Всю дорогу он загружал свою спутницу «сказочными» перспективами совместного проекта. Потом был двенадцатиэтажный панельный дом в Бескудникове, грязный подъезд, однокомнатная квартира с обшарпанной мебелью.

– Раздевайся! – чуть ли не с порога потребовал Герман.

– До пояса? – наивно спросила Лариса.

– Для начала да. А там будет видно.

– Если я разденусь полностью, видно будет больше, – мрачно сострила она.

– Надеюсь, – похабно усмехнулся маньяк.

Он вывел ее на середину комнаты, сам сел в старое продавленное кресло. Было слышно, как заскрипели пружины под тяжестью его похотливого тела. Ничего, скоро под тяжестью этого тела будет скрипеть сетка тюремной койки. Что ж, Лариса не прочь поработать риелтором, чтобы помочь клиенту обменять эту жилплощадь на камеру следственного изолятора.

Она стояла как вкопанная.

– Давай начинай, – поторопил ее маньяк.

Но она даже не пошевелилась.

– Может, ты стесняешься?

Она молча кивнула.

– Что ж, придется тебе помочь...

Лариса думала, что он набросится на нее с кулаками. Но он всего лишь вышел из комнаты, вернулся со стаканом минералки. На ладони лежали две таблетки.

– Это лекарство от страха, – объяснил он. – Примешь и сразу расслабишься.

– А плохо не будет? – робко спросила она.

– Нет, будет хорошо. Очень хорошо.