Колычев. Циклы детективов. Романы 1-44

– Братец, а где твое здравствуйте? – остановил его Тихон.

– Здрасьти!

– Может, кофе предложишь?

– Кофе предложу! – кивнул Панкрат.

Но даже не подумал отправиться на кухню, чтобы приготовить кофе. Он зашел в комнату-кабинет, с вожделением сел за стол, где лежало несколько толстых нумизматических альбомов. Один из таких альбомов был раскрыт, Панкрат с ходу взял пинцет и загнал в маленький файл старинную монетку. Глаза восторженно блестят, пальцы трясутся.

– Может, расскажешь, что там у тебя? – спросил Тихон.

– Расскажу… – тупо откликнулся Панкрат.

– Так рассказывай!

– Чего рассказывать? Хорошая монета!

– Все, больше ничего от него не добьешься, – покачал головой Тихон. И спросил у Ларисы: – Хочешь на альбомы взглянуть?

– Можно.

Тихон взял один альбом, раскрыл его, чтобы показать Ларисе. Она успела увидеть несколько монет, но рассмотреть их не смогла: Панкрат резко вскочил с места, сграбастал альбом, закрыл, прижал в груди. Безумные глаза навыкате, подбородок трясется, зубы оскалены.

– Панкрат, ну так нельзя, – с укоризной посмотрел на него Тихон. – Вот смотри, что я тебе принес!

Он вытащил из кармана старинную монетку, протянул брату. Панкрат радостно заурчал, отложил в сторону альбом, схватил монетку, положил ее на стол. Рука потянулась к лупе… Так дрессировщик укрощает взбунтовавшуюся зверушку: кусочек сахару – и никакого конфликта."

"В какой-то миг Ларисе показалось, что она оказалась в эпицентре какой-то хитроумной мистификации. Что-то здесь было не так… Безумному человеку ни до кого нет дела, весь смысл жизни заключен в старинных монетах. В принципе так могло быть. Но тогда Панкрату не было бы никакого дела до той обстановки, которая его окружала. С равным успехом он мог жить в роскошном дворце и каменной пещере. И везде было бы грязно и неуютно. А в его квартире чисто и комфортно. Несоответствие. Впрочем, состоятельные братья могли нанять горничную, которая и содержала дом в надлежащей чистоте… И все равно что-то здесь не так…

Волосы у Панкрата засалены, одежда грязная. И запах не очень приятный, но это не натуральное амбре немытого тела. Лариса уловила в этом запахе примесь какой-то химии. Как будто Панкрат нарочно обмазался чем-то, чтобы дурно пахнуть. А через этот неприятный запах слабо пробивается аромат дорогого мужского одеколона. Какого именно, она не знала. Но запах знакомый. И такое ощущение, что ее обоняние познакомилось с ним сегодня…

– И это все, чем он занимается? – показывая на альбомы, спросила Лариса.

– Увы, – грустно кивнул Тихон. – Это все, чем он занимается. И все, чем он интересуется в этой жизни…

– А где он берет монеты?

– Покупает. У них там свой круг таких же сумасшедших коллекционеров. Потом, есть специальные каталоги, Интернет.