Колычев. Циклы детективов. Романы 1-44

Но мужчина только взвыл от боли, но руки не отпустил. Хватка у него железная. А тут еще и Катя. В чем мать родила, в руках мужские брюки.

– Стоять! – истерично взвизгнула она.

И тут же в коридоре зажегся свет.

– А-а, это ты! – Она узнала Ларису. Это крах…"

"Мужчина корчился от боли, но продолжал держать Ларису за руку. Можно было ударить его еще раз, посильней. Но это уже лишнее. Катя знает, кто она такая, заявит в милицию, начнутся разборки. Незаконное проникновение в жилище – дело подсудное. Вот если бы мужик оказался маньяком. Но, увы, доказательств на этот счет никаких, а домыслы не котируются.

– Что ты себе позволяешь? – визжала Катя.

Ее совершенно не смущала собственная нагота. Зато ухажеру своему подала брюки.

– Если ты из милиции, то это не значит, что тебе можно врываться ко мне домой!

– Я не из милиции, – покачала головой Лариса.

– Кого ты лечишь?

– Я – агент межгалактической полиции!

– Чего?

– В твоей квартире скрывается гиперсексуальный маньяк с Черной планеты Троглодитской звездной системы…

– Что ты несешь?

– Там все троглодиты. И один такой троглодит бродит по твоей квартире…

Лариса несла чушь. Но вид у нее при этом был настолько серьезный, что Катя в какой-то момент даже повелась.

– Какие троглодиты? Что за бред? – растерянно смотрела она на Ларису.

– Может, это я? – насмешливо спросил мужчина.

– Вам, наверное, нравится держаться за меня? – спросила Лариса и резким движением высвободила свою руку.

– Так это я – троглодит? – переспросил он.

– Нет… Дело в том, что сегодня полуторная фаза шестой Луны…

– Какой Луны?

– Шестой. На Черной планете восемь Лун… В общем, сегодня гиперсексманьяк невидим и… Возможно, он сейчас, как та муха, кружит над нами и слушает, о чем мы говорим…

– Не мы, а ты говоришь! – уточнила Катя. – Бредятину ты несешь, в которую лично я не верю!

– А напрасно! – заявил ее ухажер.

Он передернулся всем телом, как будто в него сверху загнали трубку гастроэндоскопа, а снизу – клизму. Лицо перекосилось, глаза выползли на лоб, рот в форме кривой баранки. И голос утробный, если не сказать, загробный.

– Я и есть маньяк-троглодит! – чревовещал он. – Его дух вселился в меня! Берегитесь!.. Уфф!..

Он облегченно выдохнул воздух, с благодарностью воздел к небу глаза. Глаза вернулись на место, губы распрямились, а затем изогнулись в веселой улыбке.

– Представляете, в меня проник дух троглодита! – сообщил он. – Но я от него избавился… Сгинь, нечистая, сгинь!

Для большего эффекта он замахал руками, как бы отгоняя от себя злой дух.

С чувством юмора у него все в порядке, отметила про себя Лариса. Она подала идею, а он подхватил ее на лету и развил в образе. Мысленные аплодисменты… А вот Катя… Она пришла в самый настоящий ужас.