Колычев. Циклы детективов. Романы 1-44

"

"– Ну, ты, может, и даешь!

– Дают пятилетку за три года...

– Чего? – вскинулась Татьяна.

– Шла бы ты отсюда и не морочила людям голову! – мило посоветовала ей Лариса.

– Ты, коза, ты кого посылаешь?

– Ты еще здесь?

– Может, выйдем, поговорим? А то здесь людей много...

– Мне люди не мешают.

– Зато ты им мешаешь. Здесь чужих не любят...

– Я не чужая.

– Пошли, я объясню, кто ты такая!

– Никуда я не пойду!

Лариса прекрасно понимала, какой разговор ей навязывают. А создавать проблему взбалмошным дурам ей не хотелось. Но Татьяна не унималась.

– Что, сука, очко играет? – заглушая музыку, заорала она.

На них стали обращать внимание.

– А если играет?

– Тогда я тебя прямо здесь по стенке размажу!

Татьяна готова была подкрепить свою угрозу действием. А Егор все не появлялся. Некому было утихомирить истеричку...

– А если я с тобой пойду? – обреченно спросила Лариса.

– Тогда просто попросишь прощения, и все!

– Ладно...

Лариса надеялась встретить Егора по пути на улицу, но, увы... Вместе с Татьяной они обогнули здание дискотеки. Стена, напротив забор, между ними асфальтовая площадка квадратов сто, прямо по курсу – гаражи. Идеальное место для разборок.

Едва Лариса оказалась в этом закутке, как туда же вломилась толпа девчонок. Разумеется, все они заняли сторону Татьяны. Их было не меньше дюжины. А Лариса одна. Понятное дело, что на нее сейчас никто бы не поставил и цента.

– И что дальше? – недовольно спросила Лариса.

Ситуация не шуточная, хотя бы потому, что нет ничего страшнее озверевших девчонок. Если их много, а жертва в меньшинстве, пощады не жди. Они не будут бить, они будут убивать...

– Скажи, что ты шлюха! – в кураже потребовала Татьяна.

– Скажу, – кивнула Лариса.

– Говори, ты – шлюха!

– Ты – шлюха...

– Что?!

– Как ты просила, так я и говорю! – испуганно захлопала глазами Лариса.

– Я сказала, что ты – шлюха! Говори, я – шлюха!

– Ты – шлюха...

– Ты че, коза, уху ела?

Татьяна размахнулась, чтобы ударить ее по щеке. Лариса не стала увертываться от удара. Она всего лишь повернула лицо так, чтобы ладонь едва коснулась щеки. Но боль она изобразила. Схватилась за щеку, скуксилась.

– Ну так кто шлюха?

– Прости меня, пожалуйста!

Лариса понимала, насколько серьезна ситуация. Но так не хотелось ввязываться в драку. Девчонки – народ жестокий. Но только если над ними властвует стадный инстинкт. А так они хорошие. Даже умницы.

Это сейчас они шляются по дискотекам, а завтра им уже замуж выходить, детей рожать. А Лариса может серьезно их покалечить. Кому это нужно?

– На колени! – глумливо потребовала Татьяна.

– Я же сказала, прости меня!

– А я сказала, на колени!

Гена Проскурняк был последней сволочью. Но он говорил верно – бывают случаи, когда человек превращается в обезьяну.