Колычев. Циклы детективов. Романы 1-44

Это ж надо, до какой степени эти ублюдки затравили девчонку!

– Никто и никогда тебя не ударит. И насиловать тебя никто никогда не будет. Ты под моей защитой. И я обещаю, что ни один мужчина не посмеет тронуть тебя против твоей воли.

– Я вам не верю, – прошептала она. – Не верю… Но я хочу верить… Заберите меня отсюда, пожалуйста…

– Обязательно заберу.

Надо было что-то делать с цепью.

Эту проблему решили омоновцы. Явились – не запылились. Они просто сняли с Лады наручники.

– Капитан, девушку я забираю с собой, – сказал Родион. – Она много выстрадала. Ей надо прийти в себя. Со мной она будет в полной безопасности.

– Я уже навел о вас справки, – скептически улыбнулся спецназовец. – Знаю, кто вы такой…

– Я бизнесмен.

– А я о чем? Вы сейчас все бизнесмены. Только трупов все больше и больше.

– Это пустые разговоры, капитан.

– Да нет, не пустые… Девушке действительно нужно прийти в себя. У нас для этого нет условий. Но и тебе ее отдать я не могу. Откуда я знаю, друг ты ей или враг?

– Я ей отец, – неожиданно для себя заявил Родион.

– Молод ты для отца, – фыркнул капитан.

– Я посаженый отец.

Родион показал фотографию, с которой в последнее время почти не расставался. Это был свадебный снимок, где он стоял рядом с Ладой-невестой.

– А это жених? – показывая на Кешу, спросил капитан. И не удержался – ехидно добавил: – Того же поля ягода, как и ты…

– Это мой друг, царствие небесное.

– Что, пал смертью храбрых на разборке?

– Не юродствуй, капитан. Ты мужик серьезный, тебе это не идет.

Не вдаваясь в подробности, Родион выложил перед ним расклад. Лада, Кеша и Алик – кто, что да как. Капитан проникся.

– Ладно, забирай девчонку. Но двух твоих… э-э… ну братанов, короче, я заберу. Дадут показания. Как-никак мужика чуть не загубили.

– Это я. Думал, что это Алик. Не разобрался.

– А если бы убил?

– Но не убил же… Слушай, капитан, зачем тебе лишняя головная боль. С мужиком мы разберемся. Заплатим за моральный и физический ущерб. Наличностью и прямо на месте. Он останется доволен, обещаю. И заявлять ничего не будет.

– Заплатите за моральный и физический ущерб? Это сильно.

Родион внимательно посмотрел на капитана. Парень молодой, ретивый. И не дурак – понимает, что к чему. К службе относится серьезно. Но ничто человеческое ему не чуждо.

Можно было бы предложить ему бабок, чтобы отвязался. Но этот не из дешевых мусорков с базарной площади, которым в кайф содрать с прохожего червончик-другой. Деньгами он не возьмет. Еще и обидится.

– Ты и сам, капитан, смотришься сильно. И поработал сегодня не слабо. Знаешь что, отдохнуть тебе надо. Я сейчас одному человеку позвоню, он вам сауну организует, стол накроет. Ну, а потом девочки будут. Против девочек не возражаешь?

Капитан молчал. Терзается раздумьями. И хочется, и колется.