Колычев. Циклы детективов. Романы 1-44

Дома ее нет, это точно.

– Значит, загуляла… Да выбрось ты ее из головы!

– Выбросить? Ладу?! – удивленно спросил он. – Тебе-то какое до всего этого дело?

– А никакого. Но мне не все равно… Думаешь, я почему пришла? Потому что соскучилась. Тянет меня к тебе. Как магнитом тянет.

– Магнитом, говоришь? Ты какой магнит имеешь в виду?

– Тот, которым ты имеешь, – грустно усмехнулась Маша. – Только не это главное. Ты мне очень нравишься. Мне даже кажется…

– Что тебе кажется?

– Мне кажется, что я в тебя влюбилась. Но, учти, мне это только кажется!

– Ты пришла ко мне, чтобы говорить о любви? – нахмурился Родион.

Ему неприятен был разговор.

– Нет, что ты! – натянуто улыбнулась Маша. – Хотя нет, как раз о любви я и хочу поговорить. И не только поговорить.

Она вспорхнула с кресла, села к нему на колени, обвила шею руками. Хотела поцеловать. Но как бы одумалась. Печально улыбнулась. Дает понять, что осознает, кто есть она в его глазах. Проститутка не имеет права целовать в губы… Родиону даже стало жаль ее. Насчет любви она, конечно же, врет. Но ей по-настоящему больно от осознания собственного ничтожества. А потом от нее исходила столь мощная волна обаяния. И этот изысканный запах духов – от него шла кругом голова, сдвигалась набок крыша…"

"Жалость, страсть и похоть смешались в гремучий коктейль. Родион не стал противиться порыву, плотней прижал к себе Машу и запустил руку ей под юбку. Она застонала, выгнула спину и запрокинула назад голову. Ей было хорошо. И он надеялся, что дальше ей будет еще лучше…

Маша не просто отдалась ему. Она отработала свой номер. Своими штучками загнала его на самую вершину плотского наслаждения. И наотрез отказалась от денег, которые он предложил. Словно по любви ему отдалась. Только после нее в душе не осталось ничего, кроме чувства вины. Как будто он с ней кому-то изменил. Кому? Ладе? Неужели его чувства к ней настолько серьезны? А разве нет?

– Оставь мне свой телефон, – на прощание попросила Маша.

– Зачем? – сухо спросил Родион.

– Могу соскучиться…

– Я сам тебе позвоню. И никогда не проси у меня телефон.

– Почему?

– Я могу подумать, что это нужно не только тебе.

– Все, все, можешь не говорить, я все поняла… Ну я пошла!

– Я тебе позвоню.

А может, и не позвонит…

У Паши Родион засиделся до позднего вечера. Они уже собирались разъезжаться по домам, когда в кабинет без всякого предупреждения вломился Колдун.

Родион даже решил, что ему померещилось. Но нет, это он, Колдун. Собственной персоной.

– Не понял… – недоуменно протянул Паша.

– Не понял он, – усмехнулся Колдун. – Родион вон тоже не понял. Но виду не подает. Учись, Паша, у старших.

Они обменялись рукопожатиями, обнялись, похлопали друг друга по спине.