Колычев. Циклы детективов. Романы 1-44

В конце концов она осталась совсем голой. С ней можно было делать все, что угодно. Неужели это происходит не с кем-то другим, а с ней? Неужели Женя допустит, чтобы ее изнасиловали?

– Оставьте ее в покое! – не выдержал он. – Я отдам все. Только оставьте ее в покое!

Налетчик уже расстегивал брюки. Остановился, повернулся к Евгению.

– Точно, все отдашь?

– Все!

– Ну вот, а все целку из себя корчил.

Женя отдал им пять тысяч долларов. Все, что у него было. Но кошмар продолжался.

– Надо было тебе раньше бабки отдать, – сказал один.

– А ты не отдавал, – подхватил второй. – Тебе, наверное, нравилось, как мы твою телку раздевали. Слушай, нам тоже понравилось. И телка твоя тоже нравится. Мы, наверное, все-таки трахнем ее. Третьим будешь?

– Вы. Скоты вы, – неожиданно заплакал Женя. – Ненавижу!

– Оба-на! Плачет! Ладно, Тема, отпусти сучку. Уходим…

Исчезли налетчики так же стремительно, как и явились. Перед уходом не забыли обрезать шнур телефона. И предупредили:

– В ментовку заявите, из-под земли вас достанем. Тогда точно хана!"

"В милицию обращаться действительно бесполезно. Эти ублюдки были в масках. Как их опознаешь? И перчатки у них на руках – не оставили они следов. Если их вдруг даже найдут, вряд ли осудят. А отомстить они могут. В самом деле могут…

Женя плакал как маленький. Сидел на полу и рыдал. Лада опустилась рядом с ним, обняла его за голову, прижала к себе. Она даже не заметила, что на ней нет одежды. Впрочем, сейчас ей было все равно.

– Не надо, не плачь, – как ребенка, утешала его. – Все будет хорошо.

Она была благодарна ему за то, что он не допустил над ней насилия. Он спас ее честь.

А как же деньги? Она осталась без средств к существованию. На что она будет жить?

Из глаз хлынули слезы. Лада горько плакала. Женя сразу успокоился, прижал ее к себе. Долго гладил по голове, утешал.

– Ничего страшного, ничего. Будут еще деньги. У нас еще будут деньги.

У нас. Он сказал, у нас?

Женя подхватил ее на руки и, как вчера, отнес в свою комнату.

На этот раз она лежала перед ним совершенно голая. Ей очень хотелось, чтобы он ее утешил. И ласки, которыми он ее осыпал, воспринимались ею как утешение. А потом ей было слишком хорошо, чтобы прогнать его от себя. И еще она была ему так благодарна…

Лада уже не пыталась плыть по течению. И позволяла делать ему все. Они лежали голые – он на ней, она под ним. Она уже готова была принять его. Страх, трепещущий интерес, ожидание чего-то сверхъественного. Возбуждение достигло неведомой силы, исчезло ощущение реальности. Голова кружилась, тело содрогалось как в лихорадке.

Она изнывала от нетерпения. А Женя не торопился. Губами, пальцами продолжал распалять ее страсть. Как будто хотел, чтобы она сгорела…

Лада сама подалась к нему, сама повела тазом.