Колычев. Циклы детективов. Романы 1-44

И как выяснилось, не ошибся.

– Ну, здорово, каторжанин, – с вычурным презрением поприветствовал его смотрящий.

– Я не каторжанин, – едва заметно качнул головой Родион. – Я бродяга.

– Да? – как будто удивился Грибок. – Где срок мотал? Какую зону смотрел?

Правильные вопросы. Только песня льется не из того динамика.

– Ты кто такой есть, человек, чтобы с меня спрашивать? – сверкнул взглядом Родион.

– Я-то? Я-то смотрящий по зоне.

Грибка так и подмывало наехать на Родиона по полной программе. Было видно, сколько сил он прикладывал, чтобы держать себя в рамках приличия. Понимал, что в этой игре монета легла решкой. А он очень рассчитывал, что будет орел. Не смогли его прихвостни переступить через правильные понятия, не решились идти до конца в схватке с представителем воровского братства. Страх перед блатными санкциями оказался страшнее короткой расправы со стороны – Грибка.

И все же беспредельная рать по-прежнему трепещет перед своим отмороженным боссом. И это не очень хорошо. Прежде всего для самого смотрящего. Потому что у его бойцов появился выбор. Они могут поддержать Родиона, и тогда никакой Грибок им не страшен. Поэтому и приходится ему держать себя в рамках и базар вести по понятиям.

Родион не прочь был вывести Грибка на правилку. В самом жестком варианте. Но ему тоже приходится держать себя в узде. Вор не должен опускаться до беспредела. И если есть возможность решить проблему без наезда, он должен вести себя мирно.

– Кто на смотрящего тебя ставил? – И все же в голосе Родиона можно было уловить агрессивные нотки.

В конце концов, вор – не монах из святой обители.

– Люди меня поставили. От Каланчи малява была. Знаешь такого?

– Слышал, – кивнул Родион. – Каланча – правильный жулик. У него все по понятиям…

Он сделал паузу. Но продолжение фразы следовало без слов. У кого-то все по закону, а у Грибка все вверх ногами.

Беспредельщик он, и порядки у него беспредельные.

– По понятиям у него, – злорадно усмехнулся Грибок. – Поэтому меня на зону поставили.

– Давно это было. А времена меняются…

– Хочешь сказать, кончилось мое время?

– С чего ты взял? – усмехнулся Родион. – Я такого не говорил.

Как это ни обидно, но постановочная малява от воров так и не высветилась на зоне. Или в пути застряла, или Грибок зажал.

Родион мог закачать права и без малявы. Как-никак он в законе, а Грибок даже не положенец. По законам он должен уступить Родиону свое место безо всякого. Но Грибок не подвинется. И наверняка постарается катнуть на Родиона бочку.

Где малява? Какой ты вор?… Еще и апельсином обзовет в запале. Или сухарем, который размачивается кровью. Делать этого он не имеет права. Апельсином, сухарем или самозванцем Родиона могут назвать только воры. Грибок может лишь сделать запрос.