Колыбельная для смерти

Но сейчас он пребывал в растерянности, потому что тому, что увидел, не было никакого объяснения. Весенин смог бы придумать в книге, кто убил ясновидящих, гармонично «вплести» в это дело погибших в пансионате подростков, «обнародовать» мотив преступления, но совершенно не знал, что делать с этими проклятыми тенями. Ему бы и хотелось отбросить их, как лишнее, перестать о них думать, но все мысли так и вертелись вокруг происшествия, которое едва не стоило им с Диной жизни. Дэн был материалистом и не верил в потустороннее. Даже когда ездил на съемки программы про экстрасенсов, был на девяносто девять процентов уверен в том, что герои действуют по заранее прописанному сценарию (один процент – на импровизацию). Ему-то об этом не знать, когда его подруга – сценаристка!

Дина сказала, что вечером займется переписыванием синопсиса и позвонит Дэну завтра. От его предложения включить случай в пансионате она наотрез отказалась: либо они пишут, как изначально задумывали, сценарий детективного кино, либо полностью меняют жанр. И хоть самому Дэну эпизод в заброшенном пансионате казался очень кинематографичным, он вынужден был согласиться. Но в книгу он обязательно его включит! И уж постарается найти случившемуся правдоподобное объяснение.

Девушка с косичками наверняка что-то знала – Дэн это понял по тому, как она упорно уходила от ответа. Поговорить бы с ней – в другой обстановке и в другом настроении. Сведений о ней было мало, но достаточно, чтобы попытаться ее отыскать. Дэн знал, что зовут ее Лизой, возле какой станции метро она проживает и где учится. Про учебу Весенин спросил как бы между прочим, и она попалась на наживку – вопрос, не имеющий отношения к происшествию в пансионате. Что ж, завтра прямо с утра он наведается в этот вуз – известную и пафосную кузницу финансистов и управленцев. Почему-то то, что девушка учится в таком «громком» университете и получает скучную, на взгляд Дэна, специальность, его удивило: слишком уж неформальный был у нее облик. К ее косичкам, пирсингу и драматической грусти в черных глазах подошло бы что-то другое. Художественная академия, к примеру.

Дома Дэн первым делом включил компьютер, завел новую папку и подключил камеру. Пока копировались фотографии, он сделал себе чашку кофе и пару бутербродов. Затем набрал номер Ивасина.

– Здорово, друг! – бодро поприветствовал он Петра, когда тот ответил. – Завтра можно с тобой пообщаться? Приглашаю в «Мельницу», обед за мой счет.

Но Петр ответил, что уехал с женой на три недели в Екатеринбург к теще.

– Как же ты не вовремя! – простонал Весенин.

– Извини, друг, на этот раз не могу быть твоим «соавтором», – вздохнул Ивасин.