Огненный колосс

Но факт самоубийства налицо. Покойный перед тем, как сделать роковой выстрел, даже парадную форму надел. Так сказать, ритуал исполнил. Офицер, видите ли, должен платить долг чести при всех регалиях! Только в чем этот долг у Кедрова состоял? Только не в финансах!

Мурза, молчавший до сих пор, резко ответил:"

"— Не забывайте, господа, в каком ведомстве он служил. Мало ли что могло у него произойти на службе? Может, какой нелицеприятный разговор с начальством состоялся? И потом, он никогда настоящей опасности не подвергался, ни в одном бою не участвовал, крови не видел, а тут такое дело намечается. А у него нервы на пределе, и успокоить некому, семьи нет, тепла рядом нет, да еще чуть ли не бутылку водки проглотил, насколько я владею информацией от нашего босса. Вот в результате крышу и снесло! Такое бывает! Хотя и не принято говорить о покойниках плохо, все же позволю себе отметить то, что господин Кедров был отчаянным трусом. Я работал под его началом в Чечне. И знаю, как в каждом деле он осторожничал, в первую очередь выгораживая себя. Если бы я беспрекословно выполнял его указания, то в Чечне никакого Палача не появилось бы. А было бы непонятно что! Думаю, чем раньше мы о нем забудем, тем будет лучше для всех! Не та это была личность, чтобы о нем плакать! Пусть все, что я сказал, и прозвучало кощунственно, но я высказал свое мнение! Другие могут думать иначе, это их право! Я все сказал!

С Мурзой спорить не стали, принявшись за кофе, десерт и настоящие кубинские сигары, коробку которых раскрыл посередине стола Шеленгер.

Можно было уже и расходиться, но банкир затягивал сходняк. Он должен был выполнить еще одну просьбу Палача.

В 13–50 к беседке подошел Роман:

— Извините, господа. Марк Рудольфович, вас просит к телефону некий Соболев из мэрии, он звонит по городскому телефону.

— Что этому чинуше еще надо, — изображая неудовольствие, пробурчал банкир, — прошу прощения, я на минуту покину вас!

Шеленгер встал, быстрым шагом направился в дом. За ним неотлучно следовал Роман. Они почти одновременно зашли в кабинет. Банкир коротко спросил:

— Оружие?

— Так точно, босс! — ответил Роман.

Шеленгер открыл сейф, достал упакованный в целлофановый пакет пистолет-пулемет «клин», имеющий скорострельность до 1200 выстрелов в минуту, с магазином, заряженным двадцатью пистолетными 9-мм патронами, протянул его Роману. Помощник Палача уложил ствол в кейс, который ему тоже передал банкир вместе с перчатками, молча вышел из кабинета.

Телохранитель, другой, не тот, которого отделал ранее Роман, при виде бывшего раба подтянулся. В его взгляде не было и намека на какое-либо превосходство. Гурцев удовлетворенно хмыкнул, прошел с кейсом на выход во двор к «Тойоте».