Колодец и бабочка

 – Вам же объяснили…

– Нет, Юрочка, при чем здесь… Я не могу поверить… Как – исчезла? Когда?

– Мирослава упоминала о каких-нибудь угрозах во время ваших бесед? Хоть что-то из того, что она рассказывала, могло относиться к ней самой?

Яровая заговорила не сразу:

– Там не было ничего криминального. Любовь, разбитые сердца, карьерные взлеты, падения, семейные дрязги… Все, о чем я пишу обычно. Не больше и не меньше.

– Мне нужно взглянуть на ваши записи, – сказал Макар.

– Забудьте и думать, – отрезала Яровая. – Слишком дорого обошлись мне эти сюжеты, во всех смыслах, чтобы я предъявляла их первому встречному!

3Выйдя от писательницы, Илюшин написал Бабкину: «Есть новости? Яровая утверждает, что ездила к гадалке за сюжетами. Муж на взводе, не совсем понятно почему».

Сергей перезвонил через десять минут.

– Мы закончили. Вкратце: сегодня в пять утра сделала ноги в неизвестном направлении. Кота при ней не наблюдалось. Но у нас есть свидетель, который может это подтвердить или опровергнуть.

– И кто же это?

– Эльза Страут твоя! Она встречала Стряпухину на «мини-купере». Помогла ей загрузить сумку в багажник и укатила.

– Что-то такое я и подозревал… – фальшиво протянул Макар.

– Подозревал он… Звони этой стерве. Сам к ней поедешь?

– Нет, давай вдвоем, – решил Илюшин. – Если вообще удастся с ней связаться.

Эльза ответила сразу и легко согласилась на встречу. «Увидимся в кафе возле “Тук-тука”, помните, где обычно отдыхает после семинаров Любовь Андреевна?»

Сергей с Макаром приехали раньше назначенного времени. В кафе было пусто, только в углу болтали три студентки, не выпуская из рук телефонов. Они переписывались, делали селфи, смотрели ролики и обменивались короткими фразами – все это напоминало быстрый птичий пересвист. Время от времени все трое заливались смехом."

"Макар открыл «Заметки» на смартфоне и начал что-то писать. Сергей впервые обратил внимание – и это наблюдение его поразило, – что Макар печатает точно так же, как эти девочки: большими пальцами обеих рук, чрезвычайно быстро и почти без опечаток. Сам Бабкин всегда держал телефон в левой руке, а текст набирал правой, то и дело чертыхаясь и возвращаясь, чтобы исправить ошибки. Глядя на Илюшина, он попробовал повторить этот способ, открыл Ватсап – и едва не уронил сотовый. Черт знает что, сердито подумал он, надо потренироваться, вряд ли это так уж сложно…

На противоположной стороне улицы появилась Эльза. На нее оборачивались. Казалось, тряпочки, прикрывающие ее тело, вот-вот лопнут и разлетятся под напором плоти. На ней были белые шорты, белый топ, не закрывающий смуглый живот, и уродливые босоножки на огромной платформе с золотистыми ремешками, оплетавшими маленькие ступни загорелых ног.