Коллекция

В коридоре, в тумбочке всегда лежала… в верхнем ящике, кажется. Зеленая книжка с белой розой на обложке.

Кира рванула на себя верхнюю крышку тумбочки, позабыв, что с ней нельзя обращаться так бесцеремонно, и нижняя крышка немедленно отворилась следом и с размаху треснула Киру по и без того ушибленной ноге, и она взвизгнула в трубку, чуть не уронив ее.

— Чем ты там занимаешься?! — раздраженно спросила тетя. — Ты нашла книжку?

— Да, — простонала Кира, вытаскивая из ящика зеленую книжку и листая ее свободной рукой. — А что там должно быть написано?

— Аварийная служба теплоэнерго… Кира, ты как дитя!

— Да, да… Ладно, все…

— Не забудь взять у них справку для комиссии — что это был необходимый ремонт…

— Они не дают таких справок.

— Придумай что-нибудь! Давайте, смотрите там… чтоб квартиру не попортить! А то… — тетя Аня резко замолчала, потом негромко откашлялась. — Ладно, пока. Позвонишь.

— Квартира… — проворчала Кира, кладя трубку и торопливо пролистывая похрустывающие, склеившиеся страницы. — А то, что мы испортимся от холода…

Какой-то листок выскользнул из книжки и порхнул на пол, следом полетел другой. Не взглянув на них, Кира продолжала пролистывать страницы, ища нужный телефон. Мимо в ванную пробежал Стас, расплескивая почти полное ведро, и она с тревогой бросила взгляд ему вслед.

Отыскав нужный телефон, Кира торопливо набрала номер, путаясь замерзшими пальцами в дырочках диска, и через какое-то время в трубке кто-то тяжело вздохнул и осведомился:

— Ну, а у вас что?

Кира объяснила. Голос некоторое время молчал, и когда Кире уже начало казаться, что их разъединили, сказал с легким оттенком сочувствия.

— Ну, пока ничем не могу помочь. Машина на аварии на другом конце города. Как освободятся — пришлю.

— А это примерно через сколько? — упавшим голосом спросила она.

— Через час — не раньше.

— А другой машины у вас нет?

— Нет, конечно, — не без юмора отозвались в трубке.

— А если… мы бы такси вызвали.

— Для кого? Работников двое всего, я ж говорю — и они на аварии.

— А вы не умеете?

— Я не умею, — обиделся голос, после чего добавил: — Я диспетчер. Адрес говорите.

Когда Кира сообщила адрес, голос в трубке снова стал сочувственным — и даже больше, чем раньше.

— Ну, тогда и не удивительно. Это она у вас еще долго продержалась. В этих домах вообще… Ну, ждите, короче.

Кира положила трубку, и тотчас Стас крикнул из комнаты.

— Ну?! Что сказали?!

— Ждать сказали. Где-то через час.

Стас чертыхнулся, и в гостиной что-то грохнуло. Кира зевнула и наклонилась, чтобы собрать выпавшие из книги листки. И медленно выпрямилась, держа их в пальцах — обрывок какой-то записки или письма и маленький человеческий профиль, искусно вырезанный из черной бумаги. Очень знакомый профиль. Ее.