Коллекция бывших мужей

Деревня как деревня, но заезжали мы в нее хитро — сначала проскочили насквозь и отъехали с километр, после чего свернули на проселочную дорогу, а с нее на ту, что вела вдоль поля, проехали еще с километр к лесу, а вот там повернули и по кромке леса медленно, не поднимая пыли, покатили к деревеньке и у крайних домов съехали в поле за небольшой холм."

"Вдоль холма, пробираясь, как тати какие ночные, еле-еле двигаясь, медленней, чем быстро идущий человек, докатились до явно заброшенного участка, заросшего травой выше пояса, въехали на его территорию.

— Выходите, — заглушив мотор, отдал приказание Костя и вылез первым.

Пришлось и мне выкарабкиваться тем же манером, что и залезала туда. Ох, Костя, Костя, поймает тебя Башкирцев, попрошу его от меня лично навалять парочку горячих для ума — достал ты со своим спортом!

Вылезла. И он потащил меня поднимать забор и маскировать машину.

— Не буду! — отказалась я, глядя на покрытые мхом от старости и сырости доски того, что некогда было забором. — Не стану я их поднимать, хоть стреляйте! Мне еще надорваться и подхватить какую-нибудь заразу не хватало! Вы мужчина, вы эту хрень придумали, вот вы и поднимайте!

— Может, вам еще и пистолет отдать? — язвительно поинтересовался он.

— Да идите вы знаете куда, Костя! — почти нежно порекомендовала я. — К тому же это глупо: если этот забор валяется здесь черт-те сколько от начала времен, а потом его поднимут, у местных возникнут обоснованные подозрения и нездоровый интерес.

Он задумался над моими словами, решил забор не поднимать и дал новое указание:

— Распрямляйте траву, чтобы за ней не было видно машину.

О, господи, святые угодники, послал господь захватчика! — повздыхала я про себя.

Но идея с травой была не так уж и плоха, а я не особо торопилась с исполнением. Да и зачем мне — никуда не спешу, воздухом дышу, опять-таки спортом занята: наклоны называется новое упражнение — нагнулась, подняла примятые толстые стебли и распрямила — вни-и-из и вве-е-е-рх! Дышим ровно, мышцы расслабленны — и-и-и — раз — внии-и-из, и два — вве-е-ерх!

— Поторапливайтесь! — одернул меня Константин, присмотрелся и вынес вердикт: — Нормально. Не видно от забора, значит, вообще не видно.

Страус тоже считает, что его не видно, когда голову прячет, а жопу выставляет! Впрочем, не моя проблема.

— Идемте, — прихватив мою руку выше локтя, он потащил меня за собой.

По высокой траве, скрывшей под собой любые тропинки-дорожки, мы пробрались к покосившейся избенке. Поднялись по скособоченным гнилым ступенькам на небольшую верандочку, Костя пошарил под козырьком над покосившейся дверью в облупленных ошметках остатков краски, достал большой железный ключ, открыл замок и распахнул дверь.

— Проходите, — подтолкнул он меня вперед.