Колючка в Академии Магии. Большой Турнир

Демон тотчас же меня обнял и прижал к себе, после чего мы лежали и долго смотрели на то, как медленно и величаво опускалось солнце, прячась за одну из далеких вершин.

День клонился к вечеру, а мы все лежали и лежали, набираясь сил, потому что убийственное излучение исчезло.

Через какое-то время я поняла, что Шоур больше не смотрит на небо, солнце и горы. Вместо этого он уставился на мои губы, о чем-то усиленно размышляя. Затем, похоже, решил: что тут думать, надо целовать! – и притянул меня к себе.

Это было самое приятное, сладкое и страстное восстановление сил, которое я могла только придумать. Целоваться на вершине Хребта Урату с тем, кого я любила, рядом с пещерой, в которой больше не действовал драконий артефакт.

Вокруг нас – древние кости; много-много костей, потому что за прошедшее тысячелетие тут было слишком много смертей.

Но я решила об этом не думать.

Лежала на Шоуре, чувствуя жар его кожи, отвечая на его поцелуи, понимая, что рубашка демона осталась где-то далеко внизу и что сейчас у нас с Даллис страстная презентация того, что нас ждет в будущем.

Тогда, когда мы с Шоуром свяжем наши жизни узами брака.

Эта презентация вышла более чем впечатляющей.

К тому же я подумала: раз Шоур меня так целует, значит, жить он обязательно будет. Сейчас мы с ним еще немного полежим, потом он снова меня поцелует, после чего отправимся к своим.

ЭПИЛОГ

Первый мой оборот произошел на Троне. Рядом со мной были Шоур и Адриан – как брат и пообещал мне в Даргеше.

Именно Адриан позвал Даллис, и моя драконица уверенно вышла на свет.

Странное ощущение – позволить второй ипостаси взять над собой верх, стать главной в нашем симбиозе. Я подсознательно этому сопротивлялась, поэтому к обороту мы шли довольно долго.

Все дело в доверии, терпеливо объяснял мне Адриан. После чего спрашивал, доверяю ли я Даллис.

Конечно же, я ей доверяла, но как же сложно оказалось сделать этот шаг! Ведь я целых девятнадцать лет понятия не имела, что я, оказывается, дракон, а не самый обыкновенный человек.

Но на Троне все-таки рискнула.

Выпустила бразды правления, позволяя Даллис стать главенствующей в нашем общем сознании, и мой мир тотчас же изменился. Стал ярче, насыщеннее; запахи и цвета оказались такими сильными и яркими, что мне стало ясно: в человеческой ипостаси я не чувствовала и половины того, что ощущала в драконьей.

Заодно на передний план вышли мысли и чувства Даллис.

Она тотчас же повернулась к Шоуру. Закрутилась перед ним, расправляя черные крылья, кокетливо вытягивая шею и хвост. Проверяла, нравлюсь ли я ему…

Вернее, мы с ней в драконьей ипостаси.

Потому что она очень из-за этого переживала. Думала, что Шоур любит только меня и не полюбит ее, хотя и он, и я многократно заверяли Даллис, что все не так и это глупости.