Колючка и богатырь

— Пообещай, что по голове его больше бить не станешь, пап, — попросила Вика, и не удержалась, разрыдалась, некрасиво шмыгая носом и ни грамма не заморачиваясь по этому поводу.

14

Федька проснулся, но глаза открывать не рискнул. Это сколько нужно было выпить, чтобы голова начала болеть уже во сне?

— Ох, что ж я маленьким не сдох, — пробормотал Федя, и перевалился на другой бок. Вытянул подушку из-под головы, и накрыл ею многострадальный котелок.

Подушка пахла изумительно. Женскими легкими цветочными духами и почему-то ирисками.

— Твою же Бога душу мать! — пробормотал парень, — Допился до глюков. Мо-ло-ток!

Федор ни минуты не сомневался, что дивный аромат Виктории Яковлевны ему всего лишь чудится. Парень открыл глаза. Яркий свет резанул и на секунду ослепил. А когда зрение вернулось в норму, Федька расплылся в широченной улыбке.

На самом краешке постели, на которой Федор с трудом помещался, скромно сидела девушка. В метре от кровати стоял небольшой передвижной столик с накрытым на нем завтраком. Но завтрак, или уже скорее обед, не интересовал парня. Все внимание досталось девушке.

Виктория, по-домашнему милая, в спортивных брючках, облегающей футболке и разноцветных полосатых носках, внимательно смотрела на парня.

— Как ты? — тихо спросила девушка.

— Перепил, — поморщился парень, — В остальном п-п-порядок.

— Федь, ты всё помнишь? — спросила Вика.

— Так, — задумался Федька, — Утро помню. Ты у меня. Роддом п-п-помню. Гора и двух шкетов. За-а-абегаловку помню. Твою к-к-квартиру. Якова Алексеевича. Всё.

— Как голова? — спросила Вика.

Федя только неопределенно качнул головой. А потом едва заметно улыбнулся.

— Иди сюда, — попросил он, и Вика придвинулась ближе.

Федька руками подтянул девушку к себе ближе, и, все еще лежа, прижал свою голову к ее бедру.

— Так г-г-гораздо лучше, — изрек Федька приглушенным голосом.

Вика секунду поразмыслила и пригладила непослушные кудряшки на макушке парня. На затылок все еще была наложена повязка. И руки Вики немного подрагивали, когда она касалась шелковистых волос.

— Федь, ты больше не провоцируй папку, — попросила Виктория, — Я, кажется, очень плохо переношу, когда тебя бьют.

— Виика, — выдохнул Федор, парень лежал, упираясь носом в бедро девушки, а руками обнимая ее за талию, скользя по спине, бедрам, — Т-т-ты не представляешь, как это п-п-приятно, когда за тебя волнуются.

Виктория скользнула рукой по его плечам, пробежалась пальцами вдоль позвоночника вниз, и вновь вернулась к шее, поглаживая и легонько разминая.

Вика хотела что-то ответить, но ее слова прервал телефонный звонок. Звонили из клуба, пришлось говорить резко и отдавать распоряжения по телефону по поводу предстоящей вечеринки в честь рождения детей. Народ, в принципе, справлялся и без нее.