Колибри

Он рыкнул и закрыл глаза.

– Господи, как же мне этого не хватало. Тебе не нужна работа? – Саша улыбнулся, а потом его голова скрылась в джемпере, который он надевал.

– Откровенно говоря, не помешала бы. Но что–то подсказывает мне, что ты не можешь предложить мне что–то пристойное.

– И, правда, – босс хмыкнул и поднял мою сумку с пола, – На ум идут одни непристойности. Пошли.

Он протянул мне сумку и направился к двери. Я посеменила следом, допустив ещё одну ошибку. Но об этом позже.

Мы тихо спустились по лестнице, которая предательски поскрипывала. Откуда–то из глубины дома доносились голоса и женский смех. Пробежав в прихожую, я схватила свою куртку и скользнула в сапоги. Выйдя на улицу, я снова поморщилась от холода и обхватила себя руками. Добравшись до машины, я уже начала подрагивать.

– Тебе определённо нужно купить что–то тёплое, – выдал Саша, когда мы уселись на холодных кожаных сиденьях, – Так и заболеть недолго.

– Какая забота, – фыркнула я.

Он завёл мотор, потёр ладони и дёрнул автоматическую коробку передач в режим “D”. Потом повернулся и спросил с улыбкой:

– Ну, теперь–то можно музыку включить?

Я расхохоталась и дала добро:

Он нажал на проигрыватель, и в салоне заиграла музыка. Тронувшись, машина поехала, шурша гравием. Я принялась переключать песни. Убедившись, что это тот же треклятый диск «По Фрейду», я огорчённо вздохнула, потому что первые шесть песен были мне до боли знакомы. Седьмой трек зазвучал по–новому, и я остановилась на нём.

– Да вы прикалываетесь! – вырвалось у меня, и Саша рассмеялся.

Когда я дёрнулась, чтобы переключить песню, он остановил мою руку:

– Я хотел его сжечь, но так и не решился. Оставь.

Оказалось, что обратная дорога заняла всего двадцать минут. Когда Мерседес притормозил у гостиницы, я бросила быстрый взгляд на парковку. Феррари нет, слава Богу!

– Надеюсь, прощаться не будем? – сказал Саша, слегка улыбнувшись.

Нахмурившись, я ответила:

Открыв дверь машины, я собралась выходить, но он остановил меня, припечатав холодной рукой к сиденью. Запустив другую мне в волосы, он поцеловал меня глубоким и долгим поцелуем, разгоняя все мысли прочь. Когда он отстранился и прожёг меня взглядом насквозь, я с трудом могла дышать.

– Кто ты? – прошептал он, касаясь своими губами моих, и отпуская руки.

Я выскочила из машины и побежала в гостиницу, чтобы не намокнуть. Моросящий дождь не прекратился, и по дорогам расползлись лужи. Обернувшись на входе, я увидела, как Мерседес трогается с места, и его белые задние огни моргнули мне на прощание.

Второй раз за день приняв душ, я смывала с себя преступные запахи этих нескольких часов, проведённых с Сашей. Когда я сушила волосы, стоя в одном нижнем бельё, в ванной появился Никита.