Властелин колец

Перед глазами еще стояла дальняя полоска деревьев у Дороги, они помнили направление. В любом случае оставаться в этой коварной низине они не собирались. Быстро уложившись и даже, согревшись чуть–чуть, тронулись на север. За бровкой начался такой густой туман, что скоро с волос начало капать. Холод и промозглая сырость заставили распаковать вьюк и достать плащи с капюшонами, которые, впрочем, моментально отсырели. Рискнули ехать верхом. Направление угадать было трудно, подъемы и спуски только чувствовались, но хоббиты надеялись попасть в широкие ворота противоположного выхода из долины. Выдерживая направление, они рано или поздно обязательно повстречались бы с Дорогой, но так далеко их мысли не шли.

Это была очень медленная езда. Стараясь не потерять друг друга, двигались цепью: впереди — Фродо, за ним — Сэм, потом — Пиппин и Мерри. Долина все не кончалась. Фродо начал уже всерьез беспокоиться, но тут впереди что–то зачернело, и он облегченно вздохнул. Похоже, они достигли–таки северного конца долины, а значит, Упокоища скоро останутся позади.

– Вперед! За мной! — крикнул он через плечо, поторапливая пони. Однако очень быстро надежда сменилась растерянностью, а вслед за ней не замедлил прийти и страх. Темные пятна впереди обрели контуры, уменьшились и вот уже перед Фродо стоят, слегка клонясь друг к другу, два огромных вытянутых вверх камня, напоминающие двери без верхней притолоки. Фродо мог поклясться, что ничего подобного в долине не было, ведь он очень внимательно разглядывал ее поутру. Тревога в душе хоббита стремительно нарастала, и все–таки он проехал меж камней. Тут же на него пала тьма, пони отчаянно заржал, сбросил Фродо и умчался прочь. Оглянувшись, Фродо не увидел никого.

– Сэм! — позвал он. — Эй, Сэм! Мерри, Пиппин! Ну где вы там застряли? — Мертвая тишина была ему ответом. В страхе он кинулся назад, отчаянно призывая друзей, и вдруг издалека ему послышался ответный крик: «Эгей, Фродо! Эгей!». Как ни странно, крик доносился с восточной стороны, вроде бы из–за камней, возле которых остановился Фродо. Двинувшись в этом направлении, он сразу почувствовал крутой подъем. Так, карабкаясь и крича, он куда–то лез сквозь мрак и долго не слышал никакого ответа, но потом откуда–то сверху из тумана все же донеслось короткое: «Эй; Фродо!», и вдруг туман прорезал крик «Помогите!», повторился несколько раз, перешел в протяжный плач и резко оборвался. Из последних сил Фродо заковылял вперед, но тьма вокруг сгущалась быстрее, и скоро ни в каком направлении уже нельзя было быть уверенным. А подъем все продолжался. Впрочем, ноги вскоре подсказали, что он достиг… чего? Может, вершины холма, может, гребня лощины… Усталого, взмокшего от усилий, его тем не менее начал бить озноб.