Колесо Времени. Книги 1-14

Иногда айильцы превращались в шончан, которые превращались в нечто среднее — с копьями и светлыми глазами, но в шлемах, похожих на головы чудовищных насекомых.

Но во всех этих трансформациях и во всех мирах молот Перрина опустился, а клыки Юного Быка сомкнулись на шее Губителя. Он почувствовал во рту солоноватое тепло крови Губителя. Он почувствовал, как от удара завибрировал молот, и треснули кости. Миры сверкнули как вспышка молнии.

Всё разрушилось, содрогнулось, а затем собралось воедино.

Перрин стоял на камнях в долине Такан’дар, а у его ног скрючилось тело Губителя с проломленным черепом. Оставаясь во власти охотничьего азарта, Перрин тяжело дышал. Всё было кончено.

Обернувшись, он с удивлением обнаружил, что окружён айильцами.

— А вам здесь что нужно? — спросил он нахмурившись.

Одна из Дев рассмеялась:

— Нам показалось, ты мчался, чтобы станцевать великолепный танец, Перрин Айбара. За такими воинами как ты стоит понаблюдать в бою и поучиться. Это бывает занятно.

Он угрюмо улыбнулся и оглядел поле боя. Для его сторонников дела складывались неважно. Гончие Тьмы разметали оборону в клочья. Путь наверх, к Ранду, был совершенно свободен.

— Кто командует боем? — спросил Перрин.

— Сейчас никто, — ответила Дева. Он не знал её имени. — Сперва командовал Родел Итуралде. Потом Дарлин Сиснера, но на его штаб напали Драгкары. Я уже несколько часов не видела ни Айз Седай, ни вождей кланов."

"Её слова прозвучали мрачно. Даже стойкие Айил начинали терять силы. Беглый осмотр поля боя показал, что остатки айильцев перед смертью, где бы они ни сражались, часто даже мелкими группками, старались нанести как можно больше ущерба врагу. Стаи дравшихся здесь волков были разбиты. Передаваемые ими образы были наполнены болью и страхом. И что это ещё за Отродья Тени, сплошь покрытые язвами?

Битва подходила к концу, и силы Света терпели поражение.

Рядом Гончие Тьмы прорвались сквозь ряды Принявших Дракона — последнюю преграду на их пути. Некоторые попытались бежать, но одна из Гончих прыгнула следом, сбив нескольких человек с ног, а одного растерзала. Другие были обрызганы шипящей слюной и, корчась, попадали на землю.

Опустив молот, Перрин встал на колени, стащил с Губителя плащ и, обернув им руки, вновь поднял молот:

— Не позволяйте их слюне попасть на кожу. Это смертельно.

Айильцы кивнули и обмотали руки. От них пахло решимостью и вместе с тем обречённостью. Не останься у них другого выхода, Айил со смехом бросились бы навстречу смерти. Мокроземцы считали их сумасшедшими, но Перрин чувствовал, что в этом они искренни. Айил не были сумасшедшими. Они не боялись смерти, но и не стремились к ней.

— А ну-ка, все дружно прикоснитесь ко мне, — произнёс Перрин.

Айил подчинились.