Властелин Колец: Две Крепости

И выбирайте себе, что хотите, и пусть мои подарки хорошо послужат вам!

Принесли вооружение из королевского арсенала, и Арагорн и Леголас оделись в сверкающие кольчуги. Они выбрали себе также шлемы и круглые щиты; щиты были выложены золотом и усажены драгоценными камнями — зелеными, красными и белыми. Гэндальф не взял себе оружия, а Гимли не нуждался в кольчуге, потому, что если бы и нашлась в кладовых Эдораса подходящая для его фигуры стальная рубашка, она все же не могла сравниться с его собственной, выкованной под Горой на Севере. Но он выбрал кожаную шапку с железными полосами, которая хорошо сидела на его круглой голове; маленький щит он тоже взял. На нем, белая на зеленом фоне, была изображена бегущая лошадь — герб дома Эорла.

— Пусть он верно служит вам, — пожелал Теоден. — Он был сделан для меня в дни Тенгела, когда я был еще мальчиком.

Гимли поклонился.

— Я горжусь, Повелитель Марки, тем, что буду носить вашу эмблему, — поблагодарил он. — И я согласен скорее нести на себе лошадь, чем чтобы она несла меня. Собственные ноги нравятся мне больше. Но может, я приду туда, где смогу сражаться стоя.

— Очень может быть, — сказал Теоден.

Король встал, и тут же к нему подошла Эовин с чашей.

— Ферту Теоден Дал! — произнесла она. — Прими эту чашу и выпей в счастливый час. Да ждет тебя здоровье и удача во всех делах!

Король выпил вино, и Эовин предложила его другим гостям. Когда она остановилась перед Арагорном, она внезапно замолчала и посмотрела на него; глаза ее сверкали. Он взглянул на ее прекрасное лицо и улыбнулся. Когда он взял чашу, руки их соприкоснулись, и он заметил, что она задрожала от этого прикосновения.

— Будь здоров, Арагорн, сын Араторна! — пожелала она.

— Будь здорова, госпожа Рохана! — ответил он, но лицо его стало встревоженным, и он не улыбался.

Когда все выпили, король вышел из зала. У дверей его ждали стражники, стояли глашатаи; все военачальники и вожди, жившие в Эдорасе или поблизости, собрались тут же.

— Смотрите! Я отправляюсь в путь, и похоже, что это будет мой последний поход, — сказал Теоден. — У меня нет детей. Теодред, мой сын, убит. Я назначаю Эомера, своего племянника, наследником. Если же никто из нас не вернется, выберите себе Повелителя по своей воле. Но кому-то я сейчас должен доверить своих людей, кто-то должен править вместо меня. Что вы скажете?

Все молчали.

— Разве вы никого не назовете? В кого верят мои люди?

— В дом Эорла, — ответил Гама.

— Но я не могу оставить Эомера, — сказал король, — а он последний из этого Дома.

— Я не называл Эомера, — ответил Гама. — И он не последний. Есть еще Эовин, дочь Эомунда, его сестра. Она бесстрашна, и у нее благородное сердце. Все любят ее. И пусть она будет Повелительницей эорлингов, пока вы отсутствуете.