Властелин Колец: Две Крепости

Он все еще с надеждой носил в своем мешке кухонную утварь: огниво с кремнем и две кастрюльки (меньшая внутри другой), в которых лежали деревянная ложка, короткая вилка с двумя зубцами и несколько небольших вертелов; а на самом дне мешка лежало в маленьком плоском деревянном ящичке главное сокровище — соль. Но Сэму нужен был огонь и кое-что еще. Но он немного подумал, потом вычистил и наточил свой нож и принялся потрошить кроликов. Он не собирался оставлять спящего Фродо в одиночестве даже на несколько минут.

— А теперь, Голлум, — сказал он, — у меня есть для тебя работа. Наполни эти кастрюли водой и принеси сюда!

— Смеагол принесет воду, да, — ответил Голлум. — Но для чего хоббиту нужна вода? Ведь он напился и умылся.

— Не твое дело, — ответил Сэм. — Если не можешь догадаться, то скоро увидишь. И чем скорее ты принесешь воду, тем скорее узнаешь. Не разбей мои кастрюли, иначе я сделаю из тебя фарш.

Пока Голлум ходил за водой, Сэм еще раз подошел к Фродо. Фродо по-прежнему спокойно спал, но на этот раз Сэм был поражен худобой его лица и рук.

— Слишком худой и истощенный, — пробормотал он. — Нехорошо для хоббита. Приготовлю кролика и разбужу его.

Сэм сгреб в груду сухой папоротник, а потом на склонах лощины собрал сухие ветви и кору. Он вырезал несколько квадратов дерна у подножия склона на краю зарослей папоротника и в образовавшееся углубление уложил дрова. Затем достал огниво, и вскоре уже горел небольшой костер. Он почти не давал дыма, но зато распространял приятный запах. Сэм как раз склонился над костром, защищая его и подкладывая большие куски дров, когда вернулся Голлум, осторожно неся кастрюли и что-то бормоча.

Он поставил кастрюли и вдруг увидел, что делает Сэм. Голлум испустил резкий свистящий возглас, одновременно испуганный и сердитый.

— Ах! С-с-с… Нет! — воскликнул он. — Нет! Глупый хоббит, дурак, да, дурак! Он не должен делать так!

— Что не должен делать? — удивленно поинтересовался Сэм.

— Не делать эти отвратительные красные языки, — свистел Голлум. — Огонь, огонь! Он опасен, да, опасен! Он обжигает, он убивает. И он приведет врагов. Да, приведет.

— Думаю, что нет, — сказал Сэм. — Разве что ты бросишь на него сырую траву и заставишь тлеть. Но я, во всяком случае, собираюсь рискнуть. И хочу тушить этих кроликов.

— Тушить кроликов! — в отчаянии взвыл Голлум. — Сжечь прекрасное мясо, которое принес Смеагол, бедный, голодный Смеагол! И для чего? Для чего, глупый хоббит? Они молоды, они нежны, они вкусны. Ешь их, ешь их!

Он схватил ближайшего кролика, уже выпотрошенного и лежавшего у огня.

— Ну, ну! — сказал Сэм. — Каждому свое. Ты давишься от нашего хлеба, а я от сырого кролика. Если ты отдал мне кроликов, они мои, и я могу приготовить их, как хочу. И тебе не нужно следить за мной.