Колдун и Сыскарь

Алабаи мирно дрыхнут в своих будках, сволочи. Сторож в сторожке через окно показывает рукой — вижу, мол, бдю, всё в порядке. Кошусь направо. Рядом Лобан. Старый друг, верный боевой товарищ, напарник и компаньон. Если что, жизнь за него отдам, не думая. Да и отдавал уже, чего там. Как и он за меня. Не взяли. И слава богу. Видать, время не пришло. Вот пусть и дальше так. И подольше…

У самого коровника разделяемся. Лобан скрывается за углом, я тихо-тихо тяну на себя калитку, устроенную в воротах коровника специально для человека, и проникаю внутрь. «Отвори потихоньку калитку», — немедленно вспомнились слова и музыка известного романса. Отставить песню. Хорошо, петли смазали. Вообще неплохо подготовились, прямо скажем. Теперь бы ещё чуть-чуть удачи…

Пригнувшись, на полусогнутых — весь слух и зрение — Сыскарь крался вдоль стойл, в которых лёжа спали элитные парнокопытные.

Ближе к противоположному концу строения — там, где располагались стойла отелившихся коров вместе с клетками для телят, под потолком, старалась хоть как-то рассеять мрак шестидесятиваттная лампочка дежурного освещения. Всё лучше, чем ничего. Фермер Саша объяснил, что если основной свет не выключить, то коровы в большинстве своём будут ночевать стоя и, значит, пардон, меньше спать, а больше жрать и срать. А это никому не надо. Ни ему, ни скотникам, ни самим коровам. Потому что ночью не только человеку, но и его домашним и окультуренным животным спать положено. Невыспавшаяся корова — это уже нервная и раздражённая корова. Значит, считай, потери в молоке, мясе и общей прибыли.

Чёрт возьми, всего за один день он, Андрей Сыскарёв, узнал о бурёнках-кормилицах больше, чем за всю прошедшую жизнь! Вот и этим тоже его профессия интересна — с чем только не приходится в ней сталкиваться…

Так. Длина коровника чуть меньше двадцати метров, если судить по чертежу, и он уже прошёл половину этого расстояния. Ну, где же ты, гад, покажись, не стесняйся.

Он остановился и тихонько свистнул.

Что-то звякнуло слева и впереди. Громко замычала разбуженная обитательница стойла, и через проход метнулась на четвереньках тёмная фигура.

Всё-таки зверь?!

— Свет!!! — заорал Сыскарь.

Вспыхнули лампы под потолком — это сторож, как и было договорено, дёрнул по сигналу рубильник.

Вскочили на ноги и, судя по звуку, немедленно опорожнили кишечники несколько коров.

Потянуло свежей вонью…

Сыскарь, держа пистолет в обеих руках, сделал три широких быстрых шага вперёд, и в эту же секунду прямо на него, нос к носу, выскочил тот, на кого они устроили засаду.

Волк?!

Морда в крови, острые уши прижаты к черепу, серо-бурая шерсть дыбом, раскосые глаза горят жёлтым огнём, из оскаленной пасти капает слюна. И рык. Низкий, угрожающий.