Кольцо княжны Таракановой

Через несколько минут шлюпка подошла к флагманскому кораблю русской эскадры. С борта корабля для Елизаветы спустили кресло, на котором ее весьма ловко подняли. При ее появлении на борту флагмана выстроившиеся в ряд матросы в парадной форме дружно грянули троекратное «Ура!».

В адмиральской каюте для княжны был приготовлен десерт, откупорены несколько бутылок шампанского.

Откушав, Елизавета со своей свитой вышла на палубу, чтобы полюбоваться маневрами русских кораблей. На берегу также столпились сотни местных жителей, желавших насладиться редкостным зрелищем.

Увлеченная эффектными маневрами эскадры, княжна не сразу заметила, что сопровождавшие ее господа, в том числе Орлов и адмирал Грейг, куда-то пропали. Рядом с ней были только трое польских слуг и камеристка. А также большое количество русских моряков.

Елизавета спросила стоявшего поблизости русского офицера, куда подевались прибывшие с ней господа.

Тут этот офицер с безупречной галантностью поклонился ей и сказал:

– Ваше высочество, соблаговолите пройти со мной в каюту.

– В какую еще каюту? – Княжна капризно поморщилась. – Не желаю в каюту! Скажите лучше, где господин Орлов.

– Не могу знать, ваше высочество, однако вам придется пройти в каюту. Вы арестованы.

– Что?! Да ты знаешь, кто я?!

– Прекрасно знаю. Тем не менее вынужден препроводить вас под арест.

– Чей это приказ?

– Самодержицы всероссийской, императрицы Екатерины Алексеевны!

– А где господин Орлов?

– Его сиятельство также помещен под караул.

Услышав это известие, княжна сгорбилась и дала отвести себя в каюту – далеко не столь просторную и роскошную, как каюта адмирала Грейга. Ей позволили оставить при себе одну только горничную, остальных слуг отправили на другой корабль.

Княжна была бледна, отказывалась от еды и то и дело спрашивала, нет ли вестей от господина Орлова."

"Алексей Орлов тем временем написал императрице, сообщив, что сумел заманить самозванку на русский корабль и в ближайшее время доставит ее в Петербург.

После того как его брат Григорий утратил место царского фаворита и его место занял энергичный Потемкин, Алексей Орлов всеми силами старался вернуть влияние при дворе. И арест опасной самозванки давал ему такой шанс.

Императрица ответила весьма благосклонно, только настаивала на том, чтобы самозванку доставили ей живой и здоровой.

Для этого Орлов старался поддерживать в «принцессе Владимирской» уверенность, что он – ее преданный поклонник и сделает все возможное для ее освобождения.

Адмирал Грейг хотел как можно скорее выйти в море, но герцог тосканский Леопольд не давал на то своего позволения.

На второй день плена княжна стала жаловаться, что задыхается в каюте, что ее мучают мигрени, и добилась позволения выйти на палубу для моциона.