Кольцо княжны Таракановой

Включила зажигание (без ключа это не так просто) и хотела уже тронуться, как вдруг сзади прозвучал насмешливый голос:

– Хорошо выглядишь! Я бы тебя ни за что не узнал. Но Цезарь – другое дело. Запах-то никуда не делся!

Ольга вздрогнула и обернулась.

Старый плед, небрежно брошенный на заднее сиденье, слетел на пол, и из-под него появился невысокий толстый человек с круглой блестящей плешью, окруженной редким газончиком рыжеватых волос, и большим жабьим ртом.

Ольга схватилась за ручку двери, но Степаныч проквакал:

– Не советую! Цезарь будет очень недоволен!

И рядом с ним появился огромный светло-коричневый пес с обвисшими щеками.

– Где вы с ним умудрились спрятаться? – проговорила Ольга, пытаясь под бодрой интонацией скрыть страх. – Оба такие… крупногабаритные!

– Уж сумели! Но тебя сейчас не это должно интересовать. Тебя должно одно интересовать – как остаться в живых.

Он сделал паузу, чтобы Ольга смогла осознать эти слова, и продолжил:

– Ты меня кинула, а это не прощается. Вот мы с Цезарем сейчас посоветуемся и решим, как с тобой поступить. В одном ты можешь быть уверена – тебя ждет смерть, и смерть мучительная.

Он переглянулся со своим псом. Тот выразительно зарычал.

– Вот у Цезаря есть одна интересная идея… впрочем, прежде чем приступить к ее осуществлению, нам нужно решить еще одну маленькую проблемку. Отдай мне мои деньги!

– Деньги? – переспросила Ольга. – Какие деньги? Ничего не знаю ни о каких деньгах!

– Те самые деньги, которые тебе только что передали покупатели. Конечно, там меньше, чем я рассчитывал, но хотя бы это ты мне сейчас же отдашь.

– А у меня нет никаких денег! – ответила Ольга, с вызовом глядя в глаза Степаныча.

– Что?!

– Что слышал. Нет денег – и все!

Бандит нахмурился и вырвал у нее из рук розовую сумку. Он открыл ее, заглянул внутрь, вытряхнул на сиденье машины содержимое – тюбик помады, духи, тональный крем, пилочку для ногтей, еще какие-то женские мелочи…

Ничего не найдя, он вывернул сумку наизнанку, выхватил из кармана выкидной нож, выщелкнул узкое лезвие и вспорол розовую шелковую подкладку.

Под подкладкой тоже ничего не было.

Степаныч наклонился над ней и принялся обшаривать одежду.

– Эй, ты, козел, ты что творишь? Ты что меня лапаешь, старый извращенец?

Степаныч взмахнул ножом и процедил, выделяя каждое слово:

– Где – мои – деньги?

– А я ничего не знаю ни про какие деньги! – Ольга криво усмехнулась. – Мне ничего не заплатили!

– Лучше не зли меня! – прошипел Степаныч. – Я знаю, что тебе заплатили. И знаю сколько. И ты мне эти деньги отдашь, иначе я тебя вот этим ножом порежу на мелкие кусочки!

Он взмахнул ножом и задел лезвием Ольгин бок.

Она вскрикнула, схватилась за раненое место.