Кокон для души (СИ)

Стоп, а кто я? Меня даже бросило в жар от мысли, что я себя не помню, но мозг, будто сотрудник почты России, не торопясь, распаковывал воспоминания.

Имя у меня обычное — Ольга, фамилия тоже не блещет оригинальностью: Гладкова. Самая, что ни на есть средняя семья: мама папа, брат и я, тридцать два года, не замужем, но живу с любимым мужчиной уже четыре года. Работаю технологом на производстве бумаги. Как страницы книги передо мной прошли воспоминания: работа, семья, друзья и мой возлюбленный Миша. Кроме работы, у меня много интересов: водный и горный туризм, настольные игры, путешествия.

И тут на меня накатили воспоминания, последнее, что запомнила, перед этим «сном». Я не засыпала, я — умерла. Мы с Мишей и друзьями ехали на туристическом автобусе в горы. Опасный серпантин дорог, водитель не справился с управлением, и автобус рухнул в пропасть. Никто не смог бы выжить, упав с такой высоты.

Мне стало трудно дышать, осознание происходящего, затопило мозг. Я вскочила с кровати, точнее попыталась вскочить и тут же упала обратно. Меня трясло от понимания того, что мой любимый умер, и я его больше не увижу, так же как и своих родителей, брата, племянников, подруг. А как же мама и отец? Они похоронили меня уже, наверное. Ох, только бы с мамой ничего не случилось, у неё больное сердце! А как же мои племянники? Мы же хотели в воскресенье сходить в кино на мультики, я им обещала! А теперь, что им скажут? Что тетя умерла или уехала в Африку? Из глаз самовольно потекли слёзы."

"Мы же с Мишей только выплатили кредит за квартиру, хотели ребенка! Ведь я не успела пожить, ничего не сделала! Почему так не вовремя? Почему именно я умерла? Почему такая несправедливость?! Я схватилась за голову, совершенно лысую и гладкую, не мою голову, хотя нет, теперь уже мою. Кто я теперь? Где нахожусь?

— Гады! — проорала я в пространство. Голос у меня оказался негромкий и писклявый, — сволочи! Уроды, гуманоиды корявые! Хрену вам! Русские не сдаются!

Мне немного полегчало, но одновременно пришла мысль о том, что надо спрятаться, а лучше подальше сбежать из этого места. Ведь Василий Иваныч, Петька и другие «красноармейцы» могут и не защитить храм от белых, кем бы они ни были. И что я буду делать, если в храм ворвется толпа хмырей, разгоряченных боем? Или, может, белые — это животные? В любом случае надо спасаться. Сейчас ничего уже не исправить, так что, не время сидеть и цеплять занозы на задницу. План такой: найти одежду, выяснить обстановку, спрятаться или сбежать, ну и добыть информацию. Для чего-то ведь Анку оживляли. Составляя план, я изо всех сил старалась подавить зарождающуюся истерику.

На одном упрямстве, мне удалось встать с кровати и обыскать все комнаты.